– Установил связь?

– Да. Стабильно.

– Выводи на экран.

– Есть.

– Показатели Дока?

– Зашкаливают, но пока держится.

Герман нервно отстукивал пальцами по панели.

– Пора бы уже...

– Сфера портала не активна, не вижу колебаний мембраны.

– Не вытянет. Слишком мало энергии в импульсе, надо больше!

– Куда ещё больше, посмотри на датчики!

– Мощности не хватает, проф!

– Есть что-то!.. Гадство! Сорвалось... Есть! Есть контакт!

– Давай! Давай, ещё немного!
– орал Оргаф, как на футболе за форварда.

Приборы пищали один громче другого. Все датчики подскочили на максимум. В следующую секунду панель задымилась, заискрила. Освещение утратило мощь, сразу ярко вспыхнуло, и в бункере жахнуло так, что, если бы не Муха, вовремя успевший накрыть всех куполом, в живых в помещении ни осталось бы никого.

Из-под многотонного завала людей выкопала Гидра со своими отпрысками. Она услышала призыв самца и поспешила на выручку. Дети не понимали, почему нельзя есть эту еду, а надо её ещё и кормить, но мать ослушаться не смели и странного скреббера, который приказывал их матери, они почему-то побаивались, хотя на вид он был почти как еда. Вскоре люди покинули Остров, оставив семейство в покое и молодые скребберята быстро позабыли о странных человечках, но Гидра скучала. Ей нравились эти человечки. Ей снова хотелось той зелёной, не живой совершенно еды, арбузов... кажется, так называет их Умник.

В деревню Тихую вернулись, спустя неделю после аварии в бункере. Эксперимент удался. Перед самым взрывом все видели, как умерший мальчик открыл глаза.

– Всё хорошо, вот только бункер жалко, - со вселенской печалью на лице сказал весь перебинтованный Горыныч.
– А какие грандиозные у меня планы были...

– Не у тебя одного, - пробурчал не менее забинтованный Оргаф.

– Зато мы теперь точно знаем, что перенос душ - это реально вполне.
– Заявил Гурл, жутко шепелявя. Отлетевший кусок панели выбил ему все передние зубы.

– Вот только Дока чуть не угробили. И бункер, а ну его в качели, жалко...
– поддержал беседу грустный Кир.

– Да... А сколько там всего было...
– прерывисто вздохнул Фома.

В этот момент в комнату вошёл Леший.

– Пустое. Не о том печалитесь. Все живы и почти целы. Вот только Док без сознания до сих пор, и это мне, ой, как не нравится.
– Поставил на пол здоровенный металлический короб - один из немногих предметов, который удалось откапать Микробу после взрыва.
– А главное, я душу его не слышу, не гудит она более, и это пугает. Что есть тело без души, даже будь оно трижды живым? Кто есть мы - люди? Не гоже за Богов работу их делать. Не гоже... Охо-хо...
– Покачал он головой, глядя на спящего непробудным сном Дока.

– Завтра дома будем, может Батон чего сможет сделать, - с надеждой в голосе сказал Арман.

На рассвете кирды улетели, а вечером, перед самым закатом два КРАЗа «Спартан» въехали в город.

Я вышел из комы, спустя два месяца, и то благодаря совместным усилиям двух опытных, сильнейших знахарей: Батона и удачно заглянувшего в гости к старому знакомому, Змея.

– Ну, здравствуй, батоне, - первое, что я услышал, ещё не открывая глаз.

Поднять веки оказалось очень сложно: я забыл, как это делать. Моё тело лежало неподвижно, никак не реагируя на мозговой посыл. Запахи, прикосновения чувствовал, но пошевелиться не мог, говорить тоже.

– Паралич полный?!
– подумал я, холодея от ужаса, но немного успокоился, вспомнив, что в этом мире все болезни - это временное неудобство.

– Змей, ты точно уверен, что он вернулся?

– Абсолютно, Батонэ.

Чьи-то пальцы подняли мне веко. Смутно, как сквозь рифлёное стекло, я увидел два склонившихся надо мной силуэта.

– А ну, маякни нам, болезный.

Я попытался скосить глаз. Получилось!

– Ещё разок. Работай, давай!

Я повторил неимоверный трюк...

– Вах! Точно вернулся!

Неделю меня разминали массажами, двигали конечностями, восстанавливали атрофированные мышцы. Теперь я мог не только самостоятельно моргать, но даже ходить на судно. Ася приходила ежедневно, друзья тоже не забывали. Как только узнали о моём пробуждении, устроили в клинику целое паломничество, и каких новостей за пропущенные два месяца жизни я только не наслушался. Но самыми важными оказались три.

Первая: переселение души удалось, и Взрывник очнулся в новом теле. Правда, больше они ничего не успели, и с возращением в Стикс теперь серьёзная накладка, потому как нашего бункера больше нет - это и есть вторая новость. Ну, и третья, как «обрадовали» меня лекари, я теперь совершенно обычный человек, от слова - СОВСЕМ.

– Не знаю, как ты умудрился выжечь себе все каналы, да после этого ещё и живым остаться, случай нереальный. До этого выживали только подпаленные, - рассказывал о своих наблюдениях и Змей.
– Я о таком даже не слышал никогда, поэтому задержался. Слишком интересно. Приложил руку к твоей реанимации, очень хотелось пару вопросов тебе задать.

– Давай свои вопросы. На что смогу, отвечу.

– Как ты это сделал?

– О-о... если бы я только знал... сам до сих пор в шоке и ничего не понимаю. Змей, я что, теперь так и останусь инвалидом?