– Разрезали крышу, сняли всё, что было можно, разобрали лаз, сдвинули машину. Первую, думали, поднять малышку, но та перепуганная вцепилась в мать и ни в какую, тогда девушка сама обвязалась верёвкой, а ребёнка взяла на руки. Мы потянули. Они уже миновали капот машины, ну, или то, что от неё осталось, когда раздался хруст и боковая плита со скрежетом поползла на них. Посыпались кирпичи, осколками бетона оборвало верёвку. Девушка с ребёнком закричали. Всё произошло так быстро, что мы толком и среагировать не успели, как мальчишка стремглав вскарабкался, и откуда в нём столько силы взялось, подпихнул вверх девушку, а сам упёрся в плиту. Шелик буквально нырнул в расщелину, крикнув :

– Тяни!!!

– Вытянули. Тех секунд, которые дал мальчишка, нам как раз и хватило... а потом дом схлопнулся. Так быстро мы ещё никогда не разбирали, и пяти минут не прошло, как пацана вытащили, но было уже поздно. Батон недалеко был, тут же прибежал, но и он ничего не смог сделать...

Смутно помню, как я молча поднялся и пошёл... куда, зачем, не знаю. Ноги привели меня к дому лекаря. Постучал.

– Здравствуй, батонэ, - соболезнующим тоном сказал лекарь.
– Прахади.

– Делай, что хочешь, но восстанови мне дар связи с призраками, - прохрипел я севшим до неузнаваемости голосом и шагнул через порог.

Двое суток вдвоём разбирали тот ментальный клубок, который мне устроил Псих, и наконец, дар Улья заработал вновь.

Я стоял у ямы, в которую кидали землю, засыпая полутораметровый свёрток.

– Бать, ну, не грусти ты так, я же никуда не делся. Ну, подумаешь, теперь в другом измерении нахожусь, но я же с тобой. Я сделал свой выбор, бать, я обязан был сберечь семью и сберёг. Ну, не кисни ты так, а...

Тело словно онемевшее, мыслей нет вообще, я слушал щебет рядом стоящего сына и силился сообразить, где я и что тут делаю...

Прошло полгода.

– Ася, ты бы показалась Батону, меня беспокоит, что всё время бегаешь в туалет.

– Ничего страшного, в моём положении это вполне естественно. Ты же доктор, должен ведь знать.

– В начале срока, а у тебя седьмой месяц пошёл.

– Это нормально, говорю тебе. Мне мама говорила, что и в конце такое бывает. Но чтобы ты не нервничал, схожу.

Выйдя из ванной комнаты, Ася присела на диван. Вид у неё был бледный и уставший. Я присел рядом и, обняв супругу, положил руку ей на живот. Оттуда меня ощутимо пнули. Ася усмехнулась:

– Футболист!

– Мам, а как мы братика назовём?
– Алёнка сидела на ковре, разложив игрушки, и баюкала маленького медвежонка с заплатками.

Семейную идиллию прервал телефонный звонок.

– Да?
– Поднял я трубку.

– К шести утра завтра. Выезжаем от Лешего, - раздался голос Армана в трубке.

– Понял. Буду.
– И, выключив телефон, пошёл собираться.

– В рейд?

– Да. Но не думаю, что надолго. А ты завтра же сходи в клинику, не откладывай.

Утром, ещё затемно выехали в деревню Тихая.

После окончания в граде боевых действий Седой встретился с Рябым и заключил негласный договор о соблюдении неписаных правил с обеих сторон. Шалман свой он почистил здорово, оставив только почти нормальных людей, а всё отребье пустил в утиль, неплохо на них заработав. С Эмберцами тоже вопрос решили. После выдачи правящей верхушки и чистки некоторых личностей остальных жителей оставили в покое и даже немного помогли, по возможности. Во главе города встала пятёрка, разделив сферы правления, как в Парадизе. Буслай занял пост наподобие Седого. До Рубина он добрался и вспомнил ему все прегрешения не хуже, чем на Страшном суде. А вот с Разумными не всё ладилось, как хотелось бы, и виной в этом, как всегда, были люди. Страх перед новым и непонимание происходящего вызывали ярые споры и возмущения большинства населения, несмотря на всю ту помощь, которую Мутанты оказывали людям.

Катенька откололась и ушла гулять по Стиксу, практически, сразу, но обещала заходить в гости, а чуть позже, на Остров в Чёрном кластере вернулись все остальные, но не все там остались.

Как-то Муха изъявил желание проведать Гидру, и ко всеобщему изумлению Умник и Микроб напросились с ним. Вернулся Муха один.

– Где?
– Спросил я с замиранием сердца, уже ожидая очередной удар судьбы.

– Там остались.

– Как?! Она же их сожрёт!

– Не-е, не переживай, - усмехнулся альбинос, - я договорился. Да и вообще, Умник уже больше скреббер с разумом человека, нежели Иной. В нём сейчас от Иного только внешность, и та уже отдалённая стала. Лишь бы Микроба не сожрали по случайности, - улыбнулся Муха во все свои тридцать два зуба.

– Шутник.

Муха заржал беззаботно.

– Ну, здравствуй, Гурл.
– Обнял Кир старого знакомого совсем по-дружески

– Задержался ты на этот раз. Что случилось?

– Работа, Кир, работа, будь она неладна. Весь мозг мне поимели в извращённой форме бюрократы проклятые.
– Кирд прошёл в дом и уселся на диван.
– Сюда бы их, на пару дней, вот бы я насладился зрелищем, - мечтательно так вздохнул, оскалив свои игольчатые зубы.

Меня снова передёрнуло. Не могу я к его виду никак привыкнуть, хоть и видимся уже далеко не в первый раз.