– Ханой объявил войну Таиланду, - Корделл Халл казался необычно задумчивым.
– После их бомбардировок, результаты которых я видел своими глазами, могу сказать, что никакой стратегической необходимости в них не было. Мне кажется, что Ханой почему-то просто нарывался.

– Большинство деловых людей, с которыми я говорил, согласны с этим, - Стёйвезант на секунду посмотрел в потолок.
– После захвата в прошлом японцами ключевых позиций в северном Индокитае, действия ханойских властей озадачили всех. Они, кажется, полны решимости заварить конфликт в регионе, несмотря на то, что без поддержки метрополии окажутся в крайне неблагоприятных условиях. Их политика идёт вразрез с интересами Франции. На самом деле, единственные, кто может извлечь выгоду из их действий - японцы. Мы знаем, что они рассматривают Индокитай как безопасную базу для возможного вторжения в остальную часть Юго-Восточной Азии.

– Французы начинают войну в Индокитае, японцы выступают миротворцами и укрепляют своё влияние на целый регион, - Стимсон кивнул, преодолев нестыковки в картине.
– Вот в этом уже есть смысл. Получается, власти Ханоя по большей части японские марионетки?

– А у них есть выбор? С японской пехотной дивизией, обложившей Ханой? Я думаю, чрезвычайно важно, что объявление войны пришло из Ханоя, а из не Виши. В конце концов, единственная разница между Ханоем и Виши...

– Одна японская пехотная дивизия, - Стёйвезант прервал мысль, заставив Халла улыбнуться впервые после возвращения из Таиланда.
– Соглашусь. Действия французских властей в Ханое разительно отличаются от того, что могло бы сделать правительство Виши. Нам стоит допустить, что они продиктованы японцами. Это сделало бы Ханой их союзником, пусть и по принуждению. А теперь, душечка Суриётай, тебе придётся самостоятельно справляться со всем.

Генерал Маршалл протянул руку и выложил на стол карту.

– Вот здесь произойдёт сражение. Французам придётся стянуть все свои силы. Это действие неизбежно приведёт к тому, что столкновение случится под Баттамбангом. Этот населённый пункт - узловой в сети дорог между севером и югом. Шоссе №160 здесь пересекается со 157-м, а позиции у реки дают французам хорошую оборону. Они просто будут вынуждены закрепиться здесь, у деревни Янг Дхам Кхунг.

Французский Индокитай, Пхум Кхам Рен, 16-й колониальный пехотный полк, 2-й батальон

Низкий горный хребет давал блок-посту некоторый шанс загодя заметить подход противника. Лейтенант Журден Р'yль разместил его сразу за осевой линией гряды, так, чтобы только прикрыть от прямого огня. Дозоры хорошо просматривали местность до самых холмов на тайской границе. Это было лучшее, что он мог сделать - предупреждение о нападении пришло слишком поздно. И очень скоро его работу проверят. Всё утро были слышны вспышки стрельбы из винтовок и пулемёта, и каждый раз ближе и ближе к их расположению. Третий батальон, тонкинские тиральеры, не удержал границу. Если так обстоит дело на всём её протяжении, то нам скоро несдобровать.

Задача Р'yлю была поставлена кратко и предельно понятно. Тайцы вторглись в Индокитай и движутся по шоссе №157 в Баттамбанг. Их следует остановить. Это означало, что все наличные вооружённые силы в округе надо собрать в одно организованное формирование, что требует времени. Взвод Р'yля должен заблокировать дорогу и задержать тайцев, чтобы выиграть это самое время. Слово "жертва" не прозвучало, но Р'yль и так понимал, что оно подразумевается.

Он рассматривал предполье [448] в бинокль, ожидая увидеть, как тайская пехота накапливается для броска. Обманчиво низменная равнина казалась совершенно пустой, тем не менее, они просто должны там быть. Раскаты артиллерийского огня только подтверждали это. Дорога №157 проходила мимо небольших хижин, жилищ местных фермеров. Время от времени над какой-то из них вставал фонтан разрыва. Видимой причины для обстрела не было, но Р'yль предположил, что это огневое прикрытие передовых тайских частей. Издалека эта картина, с тарахтящим в небе самолётом, казалась даже в какой-то степени мирной, но долго она такой не останется. Тайцы продвигались, и над полем боя кружил их самолёт. А французской авиации никто не видел. По разошедшимся слухам, всю её уничтожили на земле.

Р'yль ползком покинул свой наблюдательный пост и решил проверить оборонительный рубеж, который сейчас копали его люди. По обе стороны дороги шли кюветы, и они принялись углублять тот, что находился на обратном скате - для защиты от артобстрела. Место Журден выбрал сам, чтобы кустарники давали хоть какое-то прикрытие. Вдоль шоссе почти вся местность была голой, за исключением редких участков причудливых зарослей кустов и случайных деревьев. Почти в километре к югу от их позиции в понижении тёк небольшой ручей. Р'yль наметил его как маршрут отхода, и запомнил, что над обеими сторонами дороги господствуют возвышенности. Он пришёл к выводу, что любая попытка отступить вдоль дороги станет катастрофой. Как только их позиция будет разбита, они отступят к ручью и по его руслу отойдут к следующей. Дорога делала петлю, через изгиб которой проходила низина. Там он расположил третье отделение - его задача прикрыть их во время отступления. Это было лучшее, что Журден смог придумать.

Убедившись, что солдаты окапываются не халтуря, он вернулся на наблюдательный пост. За время его отсутствия обстановка, кажется, не изменилась, но одна из вспышек разрыва показала, что вражеская пехота теперь намного ближе. И он их рассмотрел. Тайцы сторожко продвигались через участок, где совсем недавно были хижины вдоль дороги. Тёмно-зелёная униформа и шлемы немецкого стиля однозначно отличали их от тонкинских тиральеров, носивших стандартный французский серовато-голубой и каску Адриана [449] . Что бы там с тиральерами не случилось, я не вижу, чтобы они отступали.

И сейчас Р'yль рассмотрел кое-что, наполнившее его тревогой. Тайскую пехоту поддерживала пара танков. Он их сразу опознал - "Виккерс шеститонный", тип Б [450] . Вооруженные пулеметом и 47-миллиметровым орудием, они более чем способны раскатать его блок-пост. С этого момента сражение обещало стать быстрым и бесславным, как наверняка совсем недавно произошло с тонкинскими тиральерами.

Около него рядовой первого класса [451] Лео Корнель подтянул к себе винтовку Бертье и прицелился в сторону тайской пехоты. Он был взводным снайпером, за что и получил звание. На его винтовке стоял трёхкратная оптика. Р'yль наблюдал через прицел своей синхронно с движениями Корнеля, высматривая подходящую цель.