— Да-а, ужасная смерть! — вздохнула я. — Не дай бог никому!

— Это как посмотреть, — возразила первая жена. — Говорят, он умер мгновенно. Между прочим, не всем выпадает такой шанс. Когда моя мама умирала, мне казалось, что я умираю вместе с ней.

— Да, это очень тяжело, — согласилась я. — Но все-таки смерть старого человека — это одно, а вот такое зверское убийство… Вы не знаете, милиция напала на след?

— Откуда же мне знать? — возмутилась женщина. — Но можно предполагать, что они будут последними, кто нападет на след. Если он к тому времени еще останется — этот след. Скорее всего те, кто заинтересован, уже ликвидировали все следы…

— А как вы полагаете, кто заинтересован в смерти Жмыхова? — спросила я.

Женщина ответила не сразу. Снова грянул оркестр, и звон меди мешал разговаривать. Возле могилы произошло какое-то движение — гроб, подхваченный дюжими молодцами, проплыл по воздуху и стал медленно опускаться в свое последнее пристанище. Послышались рыдания. Телохранители — квадратные парни в черных костюмах — теснее сомкнулись вокруг могилы, скорбно, но зорко поглядывая по сторонам.

— Вот и закончил ты, Федя, свой земной путь! — задумчиво произнесла моя собеседница, а потом, обернувшись ко мне, с прежней интонацией сказала:

— А кому Федина смерть выгодна? Да мало ли! Но, как ни странно, в первую очередь она выгодна его двоюродному брату и компаньону Карманову Гришке. Только его самого чуть не ухлопали — вроде не вытанцовывается такой вариант… Хотя все может быть — в наше-то время! Тем более теперь все управление активами компании переходит в простреленные Гришкины руки — от одной этой мысли раны должны заживать быстрее!

— Он не слишком тяжело ранен? — поинтересовалась я.

Первая жена Жмыхова пристально посмотрела на меня.

— Для человека из команды Федора вы не слишком-то хорошо осведомлены, — подозрительно сказала она. — Как вы тут оказались? Вы не из прокуратуры?

— Что вы! — возразила я. — Из газеты.

— Папарацци, значит, — с отвращением произнесла женщина. — Как я сразу не догадалась! Знаете, милочка, поищите-ка другой объект для своих упражнений. У меня нет никакого желания выворачивать перед вами свое грязное белье!

— Не сомневаюсь, что белье у вас как раз чистое, — заметила я. — А меня интересуют не сплетни, а убийство человека. Сами же говорите, что милиция вряд ли возьмет след.

— А может, оно и к лучшему, — поджав губы, отрезала женщина. — Эти люди ворочают миллионами, решают человеческие судьбы, мир, по сути, принадлежит им. А вы тычете им в нос милицией, общественным мнением… Кишка тонка! Я считаю — бог им судья!

— Да, зря Федор Сергеевич так с вами поступил! — сказала я, качая головой. — Вы бы органично вписались в его команду. Может, он и жив был бы до сих пор…

Она смерила меня уничтожающим взглядом.

— Если бы я была здесь хозяйкой, вам, грязным ищейкам, здесь места не было бы! — убежденно заявила безутешная вдова. — Удивляюсь, кто вас сюда пустил?

На нас стали оглядываться, и мне даже показалось, что один из великанов-охранников собирается подобраться к нам поближе. Кряжимский тоже это заметил и, деликатно оттеснив меня в сторону, почтительно расшаркался перед первой женой Жмыхова.

— Вы нас не правильно поняли, — проникновенно сказал он. — Мы с коллегой из экономической газеты… Приношу свои соболезнования!

Он поцеловал ошеломленной женщине руку и ретировался, увлекая меня прочь из траурной толпы. Мы быстро прошли по тропинке, свернули в сторону и, скрывшись за деревьями, оказались вне поля зрения зорких охранников.

— Вы слишком увлеклись, Ольга Юрьевна! — заметил Кряжимский с легким упреком. — Стоило ли вступать в спор в такую минуту?

— Простите, Сергей Иванович, я действительно наговорила лишнего, — виновато ответила я. — Но меня всегда выводит из терпения философия таких людей. Подумайте, даже эта дамочка считает себя божеством, хотя ее давным-давно отлучили от Олимпа! Она, видите ли, хочет владеть миром!

— Между желанием и возможностью существует пропасть, — назидательно сказал Кряжимский. — Виновник сегодняшнего торжества убедился в этом. К сожалению, он уже не сможет поделиться ни с кем опытом… В том числе и с нами. А было бы любопытно послушать!

— Вы лучше скажите, что думаете по поводу излияний этой язвы — первой жены Жмыхова? Как вы полагаете, мог Карманов заказать своего двоюродного брата?

Кряжимский пожал плечами.

— Тщательный экономический анализ мог бы косвенно указать на заказчика покушения, — задумчиво проговорил Кряжимский. — Но сомневаюсь, чтобы нас допустили к файлам компании. Придется и далее собирать слухи. В том, что Карманов выиграл от смерти брата, я не сомневаюсь. Но как расценивать то, что он и сам пострадал? Что это — везение или изощренная уловка? Хорошо бы ознакомиться с его историей болезни и поинтересоваться мнением врачей…