– Их три, - Фраттрик повернулся на голос. – Первую я сейчас вам предъявлю.

Двери открылись, и в зал вошла Веришка.

– Подойдите, ваша светлость, - протянул к ней руку Фраттрик. Веришка вышла на середину зала. – Перед вами последний представитель клана Жизнетворящих, дочь Азельвейды и Олара, княжна Веришка.

Зал взорвался возгласами, князья и генералы вскочили со своих мест. Веришка несмело посмотрела на князя и под его ободряющим взглядом сбросила с плеч кружевную накидку. Собранные в высокую прическу волосы не были помехой для того, чтобы все смогли рассмотреть метку альвийского клана на шее девушки. По затихшему залу пронесся вздох величайшего изумления.

– Надеюсь, сомнений нет, - удовлетворенно качнул головой Фраттрик. – Вы можете вернуться к себе, госпожа.

Веришка, смущенная пристальным вниманием множества альвов, поспешно покинула зал.

– Какова вторая причина? – на этот раз голос, перекрывший шепоток в зале, принадлежал князю Созерцающих.

– Предательство, – ответил Фраттрик.

Вновь открылась дверь. Шепот утих, все взгляды обратились к женщине, которую в зал ввели два воина. Седовласая альва спокойно и гордо оглядела зал.

– Эта женщина, - Фраттрик обвиняющее наставил на неё палец, - украла ребенка Азельвейды в ту роковую ночь, когда пал клан Жизнетворящих! И в течение многих лет скрывала княжну в Аддарии. Вместо того, чтобы передать её любому из наших кланов, она похитила её, и передала на воспитание людям! При её попустительстве княжна едва не стала супругой… Да что я говорю! Заложницей короля Мангроуда! Это ли не предательство?!

Рев возмущенных голосов сотряс стены.

– Пусть говорит!

– Казнить её!

– Пусть объяснится!

Фраттрик повел ладонью, унимая шум. Повернулся к женщине.

– Объяснитесь перед Советом Кланов. И если ваши слова покажутся нам ложью, мы привлечем жрецов Созерцающих, чтобы они вытянули из вас правду.

Альва без малейшего страха взглянула на Фраттрика.

– Нет нужды в чарах Созерцающих. Я не стану лгать Совету. Мое имя – Элейла. Я жрица Жизнетворящих. Её светлость знает меня как Веду-мать. И я не похитила, а спасла княжну Гридейру. Да, именно такимименем нарекла её Азельвейда. Гридейра - сохраняющая мир. Ей предназначалась эта роль – восстановить мир в Линдмарте, вернуть процветание и благополучие на наши земли.

– И как же вы намеревались это осуществить? – прищурился Фраттрик.

– Выдав Гридейру замуж за Мангроуда, - ответила альва.

Несколько минут невозможно было ничего понять в общем шквале голосов. Кричали все. Возмущенно, яростно, размахивая руками.Веда-мать, подняв голову, с едва заметной улыбкой ждала, пока все успокоятся.

– Вы все, - она заглянула в глаза каждому из альвов.
– Вы все хотите войны. Вас раздирает жажда мести, жажда новых побед, жажда новых земель и богатств. Оправдываясь отмщением врагу, вы посылаете на битву все новых и новых солдат. Вам трудно договориться между собой, каждый из вас хочет сидеть выше, быть значительнее. Круговорот Бытия не терпит надменности и снисходительного отношения к сородичу. Кланы нищают и слабеют не из-за войны. Они утратили былое величие лишь по причине ненасытности и алчности своих вождей.

– И ты вознамерилась убрать нас, договорившись с нольвами и предложив их королю княжну в качестве подарка? – вскинул брови Фраттрик.

– Вы забыли, кто положил начало этой войне… - осуждающе покачала головой альва.
– Но Мангроуд не забыл. Его народ тоже страдает. Он был бы рад возможностизаключить мир. Осуществив этот брак, онпошел бы на перемирие с альвами.

– Его дети в этом браке стали бы угрозой для нас! – гневно выкрикнул князь Ведающих.

– Они стали бы силой, сдерживающей альвийский пыл, - парировала Веда-мать.
– Мир крепче, когда есть охраняющее его оружие. Мне жаль, что моя мечта не осуществилась. Вот и всё, что я хотела сказать.

– Ваш вердикт? – Фраттрик обвел глазами зал.

– Казнить!

– Смерть изменнице!

Веда-мать лишь печально улыбнулась, услышав приговор.

– Могу я увидеться с княжной напоследок? – негромко обратилась к князю.

Фраттрик взглянул ей в глаза.

– Нет.

По знаку Фраттрика в зал вошел отряд вооруженных воинов. Четверо солдат окружили жрицу и увели. Остальные остались в зале, рассредоточившись вдоль стен. Члены совета, косясь на бесстрастных стражей, обеспокоенно переглянулись.

– Слова преступницы глубоко ранили меня, - с горечью вздохнул Фраттрик. – Но в одном она права. Мы разобщены. Действии наших армий несогласованны, и оттого малоэффективны. Соперничество между генералами разных кланов в битвах наносит больше вреда, чем пользы. Нольвы в слаженности своих действий превосходят нас, надо признать. Это и есть третья причина, по которой я собрал Совет. Я предлагаю решить вопрос превосходства кланов и установления единой воли над ними раз и навсегда.

– И что же вы предлагаете? – поднялся со своего места князь Ведающих.