– Вход разрешен.

Компьютерный голос известил одобрил пропуск и мы прошли внутрь.

Здесь оказалось теплее чем у нас. Система контроля температуры работала круглые сутки и мгновенно реагировала на все колебания. Любые изменения на открытом воздухе тут же корректировали работу основной системы, которая подстраивалась под полученные данные и увеличивала, либо уменьшала температуру воздуха в корпусе.

– Лестница направо.

– Ты не пользуешься лифтом?
– спросил я.

– Нет. Лень ни к чему хорошему никогда не приводит. Отец учил меня, что физические нагрузки должны всегда присутствовать в жизни человека. Они держат тело в тонусе, не давая мышцам превратиться в желе. Я привыкла.

Несколько лестничных маршей были преодолены очень быстро. Ее уверенный шаг и аккуратные движения, напоминали мне походку животного, ищущего себе жертву для очередной атаки.

Коридор напоминал длинную кишку. Узкий проход, где едва могли разминуться два человека, был протяженностью почти в пятьдесят метров. С обеих сторон находились дверные проемы. Безымянные, не имевшие никаких обозначений, они словно сливались с такими же бледными стенами, скрывая истинное значение той или иной комнаты.

– Мы пришли.

Кель остановилась возле непримечательной и проведя рукой по небольшой металлической полоске своим большим пальцев, шагнула сквозь открывшийся проем.

Я последовал за ней.

– Красиво - вырвалось у меня из легких.

Обстановка была не такой, какой я привык видеть свои апартаменты.

– Тебе нравится?

– Да, очень.

Почувствовав движение внутри помещения, автономная система включила свет. Лампы, находившиеся под самым потолком, засветились, открыв глазам очень красивое зрелище.

Хорошая мебель стояла повсюду. Кресла, обитые каким-то удивительным материалом, стояли возле ее стола и буквально приглашали сесть на них и почувствовать весь уют этого места. Книги, они были повсюду. На полках трех огромных шкафов, стоявших вдоль стен и закрывавших своими телами почти весь периметр, на столе и даже на кровати, что находилась в самом углу под огромным окном.

Толстые, как кирпичи, их число, только при беглом взгляде, перевалило за сотню. Она читала всегда и везде, это было ее пристрастие с которым она ничего не могла поделать.

И приятный запах. Он витал здесь даже несмотря на функционировавшую систему контроля воздуха.

Я искал источник этого запаха, но к своему сожалению, исследовав буквально каждый сантиметр, так и не смог его найти.

– Откуда это? Запах. Я не вижу цветов.

Она улыбнулась.

– Ах это. Цветов нет, нельзя по правилам, но я нашла выход из положения.

– И какой же?

– Смесь нескольких эфирных масел. Я прочитала о них в одной из книг, полученных мною во время пребывания на перевалочной станции Кульвик, прежде чем попасть сюда. При смешивании жидкость становится такой тягучей, что испарение замедляется в несколько десятков раз даже при очень высоких температурах, однако аромат, источаемый такой смесью, очень приятен, не резок и почти не выветривается системой воздухоконтроля.

Кель подошла ближе к своему столу и подняла в руке маленьких флакон с бледно-золотистой жидкостью.

– Это оно?

– Да.

– Так мало?

– Этого хватит еще на несколько месяцев. Может даже больше.

Пройдя немного дальше вглубь, я скинул свою верхнюю одежду и подошел к женщине. Она стояла спиной ко мне и все еще рассматривала этот маленький флакон. Покачивая его из стороны в сторону, она заставляла тягучую жидкость лениво перекатываться с одной стенки на другую, оставляя на поверхности сосуда блестящий след. Как мед, ее золотистый цвет играл странными красками в падающих лучах лапового света и приковывал взгляд к себе одним лишь видом.

– Красиво, но ты хотела что-то показать мне.

Она отложила в сторону стеклянный флакон и повернулась ко мне.

– Да, одну секунду. Это может показаться тебе странным, но мне нужно тебе это показать.

Кель открыла свой портативный компьютер и вызвала виртуальное изображение старых фотографий. Вспыхнув ярким светом, несколько десятков отредактированных фото появились в воздухе.

– Что это? Твой личный архив?

– Что-то вроде. Осталось еще со времен моего поступления в воспитанники Шелвера. Узнаешь себя.

Он подняла руку и, дернув по изображению, заставила несколько фотографий перелистнуться как книжные страницы. Остановив на нужной, она указала на молодого парня в короткой куртке, стоявшего возле молодой Кель у входа в учебное здание.

– Я уже и забыл про них. Это ведь так давно было.

– Да, много воды утекло с того времени.

– Но зачем ты все это показываешь мне?

– Память, Рик. Мне кажется, что я начиная забываться. Последние несколько дней я стала замечать за собой странное явление. Не могу вспомнить очень важные моменты своей жизни. Вчера едва смогла вспомнить фамилию своего инструктора на занятиях по физподготовке.