– И думать забудь!
– замахал руками Торус, - как-то раз (года за два до твоего появления) один из Призраков совершил покушение на жизнь Верховного Мага Круга Огня. То, что от него осталось, от Призрака, естественно, - валялось на утро по всему Внешнему Кольцу. Ливер, кости и море крови. Так что займись Мордрагом, и будет тебе счастье.

– Ага!
– протянул я, - думаешь, у меня лишний ливер!

– Не ссы, - просто сказал воин, - ты - новенький, тебе простительно. Я отвечаю за свои слова.

– И что, мне его убить?
– спросил я совершенно тоскливым голосом.

– Можешь его хоть трахнуть!
– вызверился Торус, - а я его просто не желаю видеть в нашем лагере.

– Посмотрю, что можно сделать, - ответив такой дипломатической фразой я поспешил к Диего, так как он уже открыл оба глаза и пытливо глядел по сторонам.

Торус что-то пробурчал мне вслед, но прислушиваться я не стал. Хорошенькое дело! Сегодня утром я впервые взял в руки меч, а к вечеру оказывается, что я этим мечом должен сразить старожила колонии. Нет, братцы, так дело не пойдет. Если не удастся уговорить Мордрага без рукоприкладства, то я его отравлю. Сварю какой-нибудь яд и дам ему выпить - скажу, что новый рецепт самогона. Я подошел к Диего и сел рядом на скамейку.

– Ну, чего?
– спросил "идальго", - добрался без приключений?

– Как же без них, - пожал плечами я, - завалил четырех падальщиков, трех крысокротов и одного гоблина. Теперь гадаю, смогу ли завалить Мордрага.

Диего сплюнул чем-то густым.

– И гадать нечего!

– Что, безнадега?
– огорчился я.

– Даже к оракулу ходить не стоит, - фыркул он, - во-первых, у тебя и оружия толкового нет; во-вторых, Мордраг со своей булавой очень неплохо управляется, а ты.. ну-ка, возьми меч!

Я взял меч двумя руками и встал в боевую стойку.

– Все понятно, - грустно кивнул Диего, - он расколет твой череп первым же ударом. Тебе нужно долго тренироваться. Дай-ка, я пощупаю твои мышцы. Ага! Еще немного, и я смогу тебе показать пару трюков.

– С мечом?
– не утерпел я.

– С ложкой!
– развеселился мой визави, - без меча. Несколько уроков специальной гимнастики,чтобы повысить силу и ловкость, ну, и первичные навыки защиты без оружия. Слыхал когда-нибудь про такое?

– Слыхал. Увлекался раньше борьбой сумо. Вес, необходимый для бойца набрал, но к тренировкам так и не приступил.

Диего потемнел лицом.

– Умничать будешь, когда Мордрага на пику насадишь, а теперь твое дело слушать. Ясно?

– Ясно, - я обреченно кивнул.

– Значит так. Раз в неделю будешь являться ко мне - я буду контролировать твое физическое состояние и корректировать твою фактуру. Не то ты сам натренируешься... новичку трудно оценивать свои силы, а судя по тебе - ты способен далеко пойти. Если вовремя не остановить... шутка!

Похмелье разморило Диего вконец. Проклиная все на свете, он поднялся со скамейки и вошел в свою хижину. Вскоре послышался скрип костей, и мой храбрый идальго вновь появился на пороге. На лице было написано разочарование.

– У тебя случайно пива нет?
– спросил он, тщетно пытаясь сплюнуть. Пересохшее горло лишь недовольно ворчало, но слюна так и не появилась.

– У меня случайно водки нет, - что у меня за язык! Человеку плохо, а мне лишь бы похохмить, - а пиво у меня случайно есть. Трубы горят?

Я протянул своему куратору бутылку пива, которую тот высосал в одно мгновение. Пустую бутылку Диего сунул в один из стоящих у порога ящиков.

– Придет Дронго, соберет тару.

– Какой еще Дронго?
– не понял я.

– Бутыльщик наш. Фу! Вроде полегчало!
– Диего на мгновение прикрыл глаза, - значит, ты решил присоединится к старому лагерю? Хорошо. Я помогу тебе, чем смогу. Но вот только репутацию среди Призраков тебе придется зарабатывать самому. И еще одно... тебе придется пройти Испытание Веры.

– Что?
– не понял я, - какой еще Веры? Баб вроде в лагере не было...

Мой куратор терпеливо продолжал:

– Так называется особое задание. Необходимо будет сбегать в Старую шахту и принести от управляющего список необходимых им товаров. Управляющего зовут Ян.

– А с чего Яну давать мне список?
– спросил я, - с какой стати?

– Потому что ты ему скажешь, что тебя послал я.

Диего глянул на закатывающееся за стены лагеря солнце и блаженно вытянулся на скамейке.