– Потому что так оно и есть, как тебе могли не сказать?

– Я недолго замужем, - оправдывала я полюбившуюся родню, - и не очень они разговорчивые.

– Оно и понятно, потрепало род синих драконов основательно! А в Скалистый край их выслал тот же император - Золотой Дракон - за то, что не уберегли его дочь - Белую Драконицу. Времена тогда были неспокойные, только улеглись волнения, связанные с гибелью Серых и потерей Источника, нужны были виноватые. Вот и сделал император виноватыми оставшихся в живых синих драконов, сослал в самый отдаленный угол и приказал держать Диких и отверженных в повиновении, да только кишка у них тонка оказалась, чтоб над нами впасть учинить.

– Откуда ты столько знаешь, Вольный?
– Полюбопытствовала я.
– Тебе же на вид лет двадцать.

– Двадцать один!
– Гордо поправил меня дракон.
– Я читать люблю! Мой отец - Хранитель Знаний и живет в обители мудрости.

Я напряглась.

– А где эта обитель находится?

– Совсем недалеко, немного западнее возьмем и к следующему вечеру доберемся. Что, не терпится с отцом пообщаться, парламентер?
– Подначивал меня Вольный, а я в который раз прошептала слова Серого: «...повернешься ли ты к западу - овеет он тебя знаниями и мудростью...»

– Не терпится!
– Кивнула я.
– Спать давай.

И остаток ночи провела в объятиях молодого дракона, предаваясь вместе с ним сладким сновидениям.

Глава вторая.

По дороге на Запад.

Однажды город обещал мне тайну.

Ловила снов живую невесомость,

Похожую на запах орхидей.

Смотрела вверх: там пасмурное небо,

И в свитках туч ступени поднимались,

Ведущие в объятия мечты.

Л. Гайдукова

«Мы проснулись в объятиях друг друга» - вспомнила я строчку из какого-то стихотворения и снова закрыла глаза.

Как хорошо мне спалось на ложе из сухих веток, лучше, чем на перине! Вольный был худым и жилистым драконом, но таким горячим и так вкусно пах: зеленым чаем, горным воздухом, свободой! За ночь мы переплелись телами, и теперь я с трудом вытаскивала руку из-под головы дракона. Темные волосы были откинуты со лба, черты лица расслаблены.

Вольный был скорее дерзко-красив, чем красив в общепринятом смысле этого слова. Слишком широкий лоб, слишком большие глаза и переломанный нос.

– Разглядываешь?
– дракон посмотрел на меня с интересом, и я увидела в янтарных глазах коричневые крапинки, так близко мы лежали друг от друга.
– А ты красивая.
– Более мягко добавил он и указательным пальцем очертил овал моего лица.
– Сразу видно, что из аристократов, ни шрамов, ни обветренной кожи, ни татуировок.

– Ваши женщины раскрашивают лицо?
– полюбопытствовала я, но не предприняла попытки подняться.

– Наши драконицы?
– Ты хотела сказать.
– Отверженные носят знак на скулах. После того, как драконица вылупляется из яйца, ее скулу раздирают когтем до тех пор, пока рана не покрывается корками и не превращается в рубец.

– Ооо..
– Выдохнула я.

– Ты права, наш мир жесток, это тебе не элита, которая обосновалась в городе и живет себе припеваючи. Нам каждый день приходиться бороться с тяжелыми природными условиями и не жить, а выживать. Драконы-самцы строят свои гнезда прямо в отвесных скалах, защищая род от обвалов и оползней. Никаких родовых цветов, никаких замков и шелковых простыней. Здесь вырастают настоящие воины, которые привыкли танцевать на каменных плато под открытым небом с обнаженными клинками топоров. Дикие нападают на наши дома, грабят и разоряют их, поэтому птенцов обучают не грамоте, а умению держать оружие в руках и убивать беспощадно. Драконицы раньше покрываются чешуей, чтобы быстрее обрести дракона-самца и продолжить род, ведь птенцы часто гибнут в горах и выживают здесь самые сильные и безжалостные.

– Ты сейчас явно не о себе говоришь?

Вольный рассмеялся и подмял меня под себя.

– А я особенный!

Потом наклонился и поцеловал, сначала несмело, боясь, что я его оттолкну, но я замерла и не шевелилась. Его губы были сладкими и горячими, они дарили такое блаженство и покой, что хотелось раствориться в этом поцелуе, в его руках. Кровь не шумела в ушах, и сердце не рвалось из груди, как это происходило, когда меня целовал Драко, но было так хорошо, что я снова и снова искала его губы, зарывалась пальцами в жесткие волосы, обвивала ногами тело дракона. Он не отталкивал меня, не осыпал презрительными насмешками, не довлел авторитетным я, он был открытым и любознательным, дерзким и молодым - это соблазняло и заставляло желать большего.

– Кхм, - прервали нас самым наглым образом, - она без пяти минут королева, Вольный, даже ты позволяешь себе слишком много!

И дракон отпрянул от меня как от прокаженной. Его губы распухли от поцелуев, глаза горели от страсти и желания, а потом потухли и взглянули на меня с презрением.

– Очередное вранье?

– Я узнала об этом только вчера вечером.

– Узнала и заморозила кучу народа, обрушив на их головы заклятие из Запретной книги, - уточнил дракон у входа в каменную халупу.