Дорей открыл глаза. Половину обзора закрывала подушка. Поверх неё было видно часть стены - тёмно-зелёной полосатой стены его спальни с сиротливым панно из засушенных васильков, подаренным Литой. Он дома? Дорей сел. Да, определённо он был дома. Мальчик осмотрел руки - ни капли крови. Да и одежда на нём была домашняя. Неужели он просто заснул и всё происшедшее - всего лишь сон? Мальчик посмотрел в окно - на улице всё ещё было светло, но какой это день? Тот же или уже следующий? Сколько времени прошло с тех пор как он вернулся из школы? Жив Эдан или нет? И тот полёт - он был правдой или выдумкой? Дорей торопливо натянул халат и спустился вниз. На кухне бабушка Торима что-то мелко крошила напевая себе под нос. На плите булькала кастрюля. Аппетитные запахи витали в воздухе.

– Баб? Эдан уже вернулся?
– Замер на пороге Дорей.

– Рано ведь ещё, - не отвлекаясь от разделочной доски откликнулась домовая.
– Чай до ужина два часа ещё.

– А, точно, - Дорей закутался в халат поплотнее. Значит, день тот же. И не было того странного полёта, иначе домовые не преминули бы что-нибудь сказать по этому поводу. И всего, что было до полёта - тоже не было. Просто странный и страшный сон. И в следующий раз, когда Дорей увидит дядю Брона - он не пойдёт за ним, а то ведь вдруг сон - пророческий? Лучше просто не дать ему возможности сбыться. Дорей вернулся к себе и упал в кровать: слабость, из-за которой его отправили домой, никуда не делась. Сон пришёл быстро, и никаких новых видений в этот раз не принёс.

Разбудил Дорея шум. Мальчик какое-то время лежал прислушиваясь к звукам дома и пытаясь понять что же не так. Внизу кто-то разговаривал, и голоса были незнакомые. Дорей вскочил с кровати: кто там? Может, Эдан привёл сослуживцев в гости, как Дорей совсем недавно одноклассников? Но почему не предупредил? Тогда это значит что-то случилось? Он торопливо сбежал по лестнице на первый этаж. В холле стояли двое хмурых мужчин и что-то терпеливо объясняли деду Ториму. Заметив спустившегося Дорея они заметно оживились:

– Добрый вечер, старший инспектор Талем, - кивнул представляясь один из них.
– Инспектор Крисп, - он указал на своего спутника.
– Вы - Дорей Данеш?

– Д-добрый вечер, да, это я, - Дорей с трудом сглотнул подступивший к горлу ком. Лишь бы с Эданом всё было в порядке.
– Что-то случилось?

– С прискорбием мы вынуждены сообщить, что сегодня было найдено тело - точнее, то, что от него осталось - вашего дяди, Брона Данеша. Мы хотели узнать не делился ли он с вами какими-либо планами, может, какие-то намёки...
– следователь замолчал заметив как побледнел и зашатался мальчик. Дорей ухватился за поручень лестницы и сделав над собой усилие всё же устоял на ногах.
– Мы приносим извинения за назойливость, но любая информация нам бы очень помогла. Я понимаю, что ещё одна такая потеря для вас очень тяжела, но...

– Эдан...
– с трудом произнёс Дорей.
– Вы нашли Эдана?

Выходит, страшный сон был вовсе не сном. Выходит, он действительно пошёл вслед за дядей Броном, и тот убил безыменя! А потом та чернота... И полёт над городом, и время на крыше...

– Да, - следователи переглянулись. Земля всё же ушла у Дорея из-под ног и он сел на нижнюю ступеньку.
– Он тоже ничего не знает, - продолжил тем временем следователь. Они в последние дни встречались несколько раз по поводу вашего наследства, и по словам мастера Тримоса на сегодняшний вечер они уговорились об ещё одной встрече, но о занятиях древней магией он ничего не слышал. Заброшенный дом Сарима сгорел почти не оставив следов, по которым мы могли бы узнать достоверно, что произошло, но судя по остаточному фону и отдельным сохранившимся элементам магических знаков мы сделали предположение, что он, скорее всего, вызвал какую-то древнюю силу, с которой не смог справиться.

Ведь Дорей был не один тогда в небе, и потом на крыше. Он был с кем-то. Тогда мальчик совершенно не обратил на это внимание - чужое присутствие не казалось чем-то инородным, оно ощущалось словно часть его естества. Может, это и был безымень? Значит, его тела могло и не оказаться в том доме. И не только потому, что оно сгорело - вполне может быть, что дух на самом деле не умер. Он ведь "великий" и ещё "ужасный". Как Дорей мог сомневаться в нём?

Он закрыл глаза. Потрясение оказалось слишком сильным, мальчишка почувствовал, как его начал бить сильный озноб. Следователи замерли где стояли - было видно, что они не знают как быть с ребёнком, у которого начинается истерика. Щёлкнула открываясь дверь и на пороге появился Эдан. Окинул взглядом собравшихся в холле и укоризненно покачал головой.

– Стало быть, с возвращением, - крякнул дед Торим.

– Эдан!!!
– Дорей сорвался обнять духа и чуть не сбил того с ног.
– Эдан!!!
– И не в силах больше сдерживаться заплакал.

– Ну-ну, - Эдан неуклюже похлопал его по плечам, потом обнял в ответ.
– Не убивайся так.

– Но... но...
– льющиеся ручьём слёзы не давали Дорею говорить.

– Всё будет в порядке. Я хотел успеть раньше следователей, но раз они всё равно тебе уже всё рассказали...

– Дед, - он посмотрел на мнущегося рядом домового, - У нас есть дома какие-нибудь сладости?

– Торима яблочный пирог испекла, - кивнул важно домовой.

– Неси его. И горячего вина, пожалуй. Проходите, - он кивнул следователям в сторону гостиной.

– Мы, пожалуй, пойдём, - следователи опять переглянулись.
– Раз мальчик всё равно ничего не сможет сказать нового... Ещё раз соболезнуем.

Они пробрались боком мимо безыменя и плачущего ребёнка и исчезли на улице, только звякнул дверной колокольчик.

– Сгорел, стало быть, - покивал им вслед дед Торим.
– Не справившись с великой и ужасной древней силой, - и ушёл на кухню к бабушке Ториме, резать пирог и греть вино.