– Мы гнались за джихадистами, напавшими на «Мираж» со «Стервятника». Его экипаж доставил на Марс очень ценный груз. И теперь он у вас, - не спешил гость выпускать из крепких объятий тайного советника.
– Не так ли?

Лукавить Буравину-старшему было бессмысленно.

– Да, вы правы, мы схватили кочевников Свободной Арабии. Но не просите нас отдать их вам. Мы сами давно охотились за ними. Они, кстати, с «Шайтана», мистер Чен. Надеюсь, вы не хуже меня понимаете всё, и о чём я?

– Да-да, мистер Буравин. Конечно-конечно. Но меня не интересуют джихадисты, а исключительно груз. Он был у них. Был...
– настаивал китаец.

– Увы, мистер Чен, но то-то и оно, что был, - соврал тайный советник и глазом не моргнул.

– Врёшь ты всё, русский!
– не сдержался гость, выхватив резак.
– Я выжгу им тебе глаз, если сейчас же не отведёшь меня к тем, кто интересен нам обоим!

– Спокойно!
– развёл руки в стороны Буравин-старший, предупреждая в первую очередь свою охрану.
– Обойдёмся без стрельбы!

– Хотелось бы, - негодовал глава синдиката.

Терять ему было уже нечего, поэтому пошёл ва-банк.

– Тогда уберите от меня резак, мистер Чен. И помните: мы пока что союзники!
– поправил сбившуюся прядь набекрень тайный советник, не забыв плюнуть на ладонь.

Всё-таки нервы, да и работа у него не обещала спокойной жизни. Вот и привык работать на пределе сил.

– Может, выпьете чего-нибудь?

– Ближе к делу, господин Буравин.

– Договорились, партнёр, идём, - повернулся к нему намерено спиной тайный советник, и они устремились по длинному коридору.

– А быстрее передвигаться нельзя, союзник? Только не предлагай мне бежать!
– запыхался китаец.

– Уже, - указал ему на авиак Буравин.

– Я с вами, мистер Чен, - постучал по закрытому иллюминатору капитан синих.

– Это ваш телохранитель?
– торопился советник.

– Можно и так сказать - лучший выпускник лунной академии Содружества.

– Неужели! И, наверное, ваш сын?
– позволил ему присоединиться к ним советник.

– Вовсе нет, - озадачил Чен.

– Выходит, меня обманули в академии, заверив: мой сын лучший выпускник 2160 года, - запустил двигатель Буравин, и унылый пейзаж однообразных стен и пролётов секторного объекта на Марсе слился в сплошной поток.

– У вас кружится голова, мистер Чен, - оказался советник со стороны открытой двери, стоя уже на бетоне.

– Меня, кажется, немного укачало, и я заснул, - подтвердил его опасения глава синдиката.

Ли любезно подал своему диктатору руку, помогая выбраться из авиака наружу.

– Долго ещё вы будете водить нас за нос, господин Буравин, и по туннелям подземной базы?

– Нет. Мы уже на месте. Вы увидите всё, мистер Чен, что хотели знать, - заверил советник.
– Я уже связывался с президентом своего межпланетарного государства. Он разрешил вам присутствовать при допросе джихадистов.

– Они нисколько не интересуют меня, Буравин!
– надоело повторять китайцу это всякий раз, когда он упоминал про них и стремился скрыть то, ради чего гость спустился в недра Олимпа.
– За исключением груза, доставленного моими соотечественниками на Марс. И сейчас он находится здесь! Я это знаю! Вы - также! К чему эти уловки - не понимаю?!

– Ну, хорошо, - казалось, сдался советник.

Они остановились у строения, отдалённо напоминавшего бункер по форме, и только, так как по размаху это была настоящая пирамида-крепость.

Боевые киборги несли дежурство как внутри, так и снаружи. Они и сопровождали дальше вошедших.

– А вы здесь неплохо, укрепились, Буравин, - отметил незваный гость.

– Ещё бы, мистер Чен. На поверхности планеты находится небезопасно - там постоянно бушуют бури, а здесь тихо, спокойно и никто не тревожит, - пояснил коротко оппонент.

Когда они добрались до последней двери, во всяком случае, в это хотел верить китайский коллега, за ней оказался индус. Не хватало только иранского представителя от арабского мира.