— Каким образом он предложил вам стать его лакеем?

— Это было после того, как он спас мне жизнь, сэр! На третий день нашего путешествия, во время шторма меня смыла волна с палубы. Мистер Норскотт, стоявший неподалеку, бросился в воду и поддержал меня на поверхности, пока не спустили лодку. Я, конечно, чувствовал к нему большую признательность и, возможно, это послужило тому, что он взял меня к себе лакеем. Он спас мне жизнь и потому мог вполне доверить мне свою!

— Что вы хотите этим сказать? — спросил судья. — Разве он думал, что жизнь его в опасности?

— Он знал это наверняка, сэр! Мистер Норскотт был Игнац Прадо, президент Санта-Лукки!

Заявление Мильфорда не вызвало никаких волнений в публике. Очевидно, мало кто среди присутствующих знал о Санта-Лукке больше того, что она находится в Южной Америке!

Но судья оказался более осведомленным.

— Это заявление удивляет меня, — заметил он, испытующе глядя на Мильфорда. — Я полагал, что Прадо был убит во время последней революции!

— Да, сэр, таково общее мнение! Но потом оказалось, что в ту самую ночь, когда взорвался его дворец, он сел в челнок и поехал к стоявшему в порту пароходу, который и привез его в Нью-Йорк.

— Об этом он рассказывал вам на пароходе?

— Нет, сэр! Все это стало мне известно лишь на днях… Когда мистер Норскотт взял меня на службу к себе, он просто сказал, что хочет поселиться в Лондоне и что ему нужен лакей, которому он мог бы вполне довериться. Как вам известно, мистер Норскотт жил в Лондоне на «широкую ногу»! Мы нередко давали балы, и под моим началом было человек десять прислуги. Затем, месяца два тому назад произошла перемена! Мой хозяин порвал все связи, заперся в своем доме и рассчитал всю прислугу, оставив только трех человек. Кроме того, он дал мне особый приказ — никого не впускать в дом, не узнав и не сообщив ему предварительно имени посетителя…

Мильфорд замолчал и выпил глоток воды.

— Так шла новая жизнь, — продолжал он, — а на прошлой неделе мистер Норскотт попросил вызвать извозчика, так как должен был куда-то ехать в шесть часов утра. Я исполнил приказание, он уехал и больше я его не видел до той самой ночи, когда он был убит!

— Согласно показанию полиции, — сказал судья, — к вам вместо него в Парк-Лэйн явился Джон Бертон!

— Так точно, сэр!

— И вы не заметили, что это не Норскотт?

— Нет, сэр! Мистер Бертон точь-в-точь двойник мистера Норскотта! У него даже голос похож, да и он носил одежду мистера Норскотта, которая была ему а пору, так что ничего не вызывало моего подозрения!

Взоры всех присутствующих теперь устремились на меня. При обычных обстоятельствах такого рода испытание, наверное, смутило бы меня, но я был так заинтересован заявлением Мильорда, что даже не обратил на это внимание.

— Когда же вы начали подозревать этот изумительный обмен? — спросил судья.

Мильфорд немного помолчал, как бы желая проверить точность излагаемых им фактов.

— Это было в ту ночь, когда лорд Сангетт давал бал, в самую ночь убийства… Мистер Бертон ушел около половины одиннадцатого, но не прошло и четверти часа после его ухода, неизвестный мальчик принес мне записку. Она была написана рукой моего хозяина, Сэр: он просил меня приехать к нему, как можно скорее, на извозчике, по адресу, «Бокс-Рентс», Стэпни… Я ничего не мог понять, так как только что, на моих глазах, мистер Норскотт вышел из дома! Тем не менее: факт был налицо: не было никакого сомнения в подлинности подписи, и я не мог себе позволить ослушаться хозяина… Итак, я нашел в справочнике «Бокс-Рентс» вызвал по телефону извозчика и поехал…

Мильфорд передохнул и продолжал:

— Это оказалось постоялым двором для матросов, где я и нашел своего хозяина, которого не мог узнать с первого взгляда! Он был небрит и грязен, одет в грубое матросское платье… а принял он меня в номере, похожим на свиной хлев. Причем, он запер дверь на ключ и приставил кровать к двери, словно он чего-то боялся!

В зале наступила жуткая тишина.

Начиная с судьи и кончая дежурившим у дверей полицейским, все до единого человека сидели молча, с напряженным вниманием глотая слова Мильфорда.

Поразительная простота и непосредственность, с какой он излагал факты, еще усиливали впечатление.

— Вы уже больше не думали, что мистер Бертон и он — одно и то же лицо? — задал вопрос судья.

Мильфорд провел рукой по лицу.

— Право, не знаю, сэр! Я был до того поражен, что не могу в точности сказать, что я тогда думал! Я просто стоял, как вкопанный, и смотрел с удивлением, не говоря ни слова. Все происходящее мне казалось более похожим на сон, чем на действительность!

— Что же было дальше?

— Он усадил меня на стул, сэр, и медленно, спокойно начал рассказывать о себе!

По его словам, он уехал из Англии еще мальчиком, так что в Санта-Лукке, где он был президентом, все думали, что он родом из Южной Америки. Хозяин сообщил мне, что его зовут Игнац Прадо и что он убежал из дворца во время взрыва. Он был уверен, что никто этого не заметил, но кто-то все же дознался, что он не убит, и компания из Санта-Лукки напала на его след… Люди, погнавшиеся за ним, принадлежали к какому-то тайному обществу, которое он почти уничтожил. У них было одно на уме — убить его во что бы то ни стало, поэтому мой хозяин и понял, что погибнет, если ему не удастся выбраться из Лондона…