— Так, шпагат сделать сможешь?

— Я не знаю, дяденька. Я раньше этим не занималась.

Николай встал и попытался показать. Когда-то это у него неплохо получалось, да и сейчас после бани, мышцы позволяли.

— Ну-ка повтори, и пониже, пониже.

Девчонка села на шпагат свободно. Он помог ей встать и стал поднимать ногу.

— Будет больно, скажи, но девица молчала до самого конца.

— Так, теперь помаши ногой, потом попляши.

Он не очень разбирался в танцах, но пластика девицы его удовлетворила. Теперь надо было всё обдумать.

— Иди-ка, подруга, помойся, кивнул он в сторону душа и лег на диван.

Идея была интересной. Если играть в восточные игры, думал Николай, то пусть всё будет по правилам. У нас есть врач — гипнотизёр. Это раз. У нас есть девственница — это два. Она довольно пластичная — это три. Вокруг этого можно закрутить какой-нибудь ритуал. В Восточном стиле. Он сразу представил — желто — синие одежды, курильницы, маски и чего-то вешающая в гипнотическом трансе Машка. А что, на это могут клюнуть. Надо только найти тему поинтереснее. Он стал думать о теме, но в это время Машка вышла из душа и подошла к нему. Запах вымытого тела возбуждал, да и массажик был вроде как прописан для расслабления. Он погладил её, потом поставил на колени.

— Поцелуй его — хриплым от желания голосом сказал он.

Оставив девчонку доедать закуску, он пошёл к банщику. Цены на живой товар были не высоки, и это подтвердило Николая в правоте его решения. На крайний случай — верну в Хамовники, подумал он. А пока пусть побудет со мной. В целях сохранения девственности для ритуалов Востока. Завтра надо будет свозить её к Шанцеву, проверить на гипнабельность.

Он вернулся в комнату и посмотрел на девчонку. Она закуталась в полотенце и тихо сидела в углу. Было видно, что ей хочется спать.

— Останешься со мной. Зовут меня Николай Эдуардович. Мы с тобой будем работать. Будешь слушаться — дам денег для матери. Всё ясно?

— Ясно, Николай Эдуардович. А что делать-то? Я всё умею и полы помыть, и еду сготовить и с ребёнком сидеть.

Где ж ты раньше была, такая умелая — года эдак два назад. Теперь то дочка ходит в садик, а раньше были проблемы с нянькой. Да и умение мыть полы и готовить тоже нашло бы своё применение. Он представил себе это всё в натуре, и аж от удовольствия зажмурился. Никаких тебе проблем с хозяйством. Да ещё трахать можно. Интересно, жена одобрила бы или нет?

— С ребёнком это не ко мне. Потом объясню. А пока спи вон на кресле.

Массажист был здоровый и крупный. Он разложил Николая по лавке, и как Медведь Корнея Чуковского «стал бить его и ломать его». Приговаривая какие-то прибаутки, меняя рукавицы, веники и прочие профессиональные причиндалы. Два раза он сгонял Колю в парную, три раза облил ледяной водой. Проехался по нему какими-то чрезвычайно острыми колёсиками. Под конец, отправил на кровать и сказал спать крепко.

Он, уснул и действительно спал крепко.

Утром они поехали к Надежде. Было видно, что девчонке внове поездка на автомобиле, а серьезное лицо Александра её просто пугало. Надежда открыла сама — было видно, что ждала. Увидев девчонку она не удивилась — наверное, навидалась всякого, философски подумал Николай. Он показал рукой на Надьку и строго сказал.

— Вот это Надежда. Она будет тобой заниматься. Слушаться как меня. Будет на тебя жаловаться — верну туда, где взял. Поняла?

Машка молча кивнула. Интерьер квартиры её явно потряс. Коля повернулся к Надежде.

— Ты ритуалы тантризма помнишь?

— Нет. Я и не знаю, что это такое. Ты тогда на Угловой говорил, но я не поняла.

— Потом объясню. В общем так. Девица — девственница. Мне её вчера продали в бане на Басманной, где мы были. Надо, чтобы она в таком состоянии оставалась до определённого момента. Есть у меня задумка одно представление устроить. В восточном стиле.

— А у неё ума хватит?

— Вот и потренируй в области ума. В общем возьмись за неё. Косы обрежь, тряпок прикупи, ходить научи. Чуть попозже я приеду, поедем к врачу, он будет её гипнотизировать. Вот, кстати, своди её к врачу вообще. Пусть посмотрит на неё в плане общего здоровья. И насчёт девственности тоже. Как понимаешь, я не проверял. Вот ещё что, сходи с ней к профессионалам в области танца. Пусть посмотрят что из неё можно сделать — пластика и всё такое.

По лицу Надежды было видно, что она ничего не понимает. Но спорить не стала.

— Хорошо, сейчас и займусь. Значит врач и балет. Думаю часа через три управимся. Ты когда приедешь?

— Ну и давай тогда к часу. У тебя с обедом как?

— Кухня есть, сделаем.

— Тогда пусть приготовят.

— Коля, ты пожалуйста, поосторожнее. Хорошо. — она заглянула ему в глаза. — А то я как вспомню Берлин, так в дрожь бросает. Постарайся. Может ты меня возьмёшь?

— Эх, защитница. Станет надо, обязательно возьму. А сейчас займись девкой. Через три часа я буду.