Николай попросил отвезти его на Басманные, в баню. Он чувствовал себя усталым и грязным после всех поездов и самолётов. Да и побриться не мешало.

В бане он расслаблено лежал на полке и думал. Думал обо всём и ни о чём. Например, он совсем не понимал, что за медальон вмешался в дело. У Васьки вроде никакого медальона не было. Так в чём же вопрос? — как говорят в Одессе. Раньше всё было логично — Василий бредит про будущее и его ловит спецотдел. А теперь его берут из-за какого-то медальона. Мы конечно завтра проверим этого Завершинского. Историк. Стукач хренов. Увидал вещицу и сразу побёг к Бокию. Ох и любит наша интеллигенция спецслужбы. Впрочем, что странного — у тех власть и блага. Значит, что-то может перепасть. И с другой стороны, в собственных глазах растёшь. Что ещё у нас на повестке дня?

На повестке дня оставался подход к Бокию через религию.

Блин. Адрес бон не отработан, а уже неделя прошла. Завтра же займусь. И завтра надо зайти к Герхарду. По моему они клюнули на китайскую наживку. А быстро они состряпали статью. И опять же ловко. Надо сформулировать эту восточную идею. Близость нашу надо им дать. Им интересен Восток, Бокию интересен Восток. Вот пускай вместе и занимаются этим самым Востоком.

Лежать стало совсем невмоготу, и он побежал под душ. Банщик вошёл, когда Николай ахал, уворачиваясь от ледяных струй, которые никак не хотели переключаться на горячую воду. Он решил проблему и, расставляя закусочки и чай, доверительно спросил.

— Массажик.?

— Обязательно — благосклонно сказал растирающий себя полотенцем Николай.

— Я бы ещё девочку порекомендовал. Для предварительного расслабления. У нас контингент проверенный.

— Не откажусь.

— Помоложе, поопытней? — продолжал допрашивать банщик.

— Помоложе — вкусы Николая были самыми простыми, без изысков.

Он пошёл побрился, негодуя на фирму «шик», точнее на её отсутствие в это время. Как-то всё это было неприятно, даже когда опытный человек тебя бреет. Он выпил чаю и закусил колбаскою, удобно расположившись на диване.

Пока он лежал и ждал девицу, он продолжал думать о спецотделе. Связка Бокия и Герхарда начинала интересовать его всё больше и больше. На первом свидании Фриц говорил о своих возможностях в советских верхах. Оба увлекаются Шамбалой. Может они знают друг друга? Тогда легче.

Банщик заглянул, и получив одобрительный кивок запустил в комнату стайку девочек самого разнообразного возраста.

Так вот куда фильтруются девицы с улиц — ошарашено подумал он. Да, не ожидал. Нравы здесь самые простые. Он вспомнил своего приятеля, коренного москвича, который в оценке нижнего возрастного предела говорил «Если два пуда набрала — трахать уже можно», и подумал, что любая пословица и поговорка имеет свои исторические корни. Девицы были очень разные, самой молодой было наверное лет восемь. Коля конечно, сам хотел помоложе, но не да такой же степени. И что характерно — губы были намазаны у всех, да так ярко, как у вампиров.

Он выбрал девицу с огромными глазами в пол-лица.

— Как зовут тебя, чудо чудное?

— Маша. — девица не могла оторвать взгляд от тарелки с закуской, которая стояла на низком столике, около дивана.

Не кормят их, что ли?

— Садись, Маша, поешь. И что ты умеешь делать?

— Я, дяденька, здесь совсем недавно, и ничего ещё не умею. Мы раньше в другом конце жили, в Хамовниках. Отец у нас недавно помер. — Она говорила степенно и раздумчиво. Было видно, что она очень голодна и таких вещей, которые на столе, просто ни разу не видела. Но не торопилась и старалась грамотно к ним подобраться.

— А когда совсем голодно стало, мать меня и отвела к Клавдии Степановне. Сказала, чтоб я её слушалась. Я там и жила два дня. Ничего, кормят хорошо. Вот Клавдия Степановна сегодня собрала нас всех и отправила сюда. Сказала, чтобы делали всё, что скажут, а то побьет. А так, говорит, если всё сделаете, конфет получите. И платье новое справят. Да и девки говорят, что только в первый раз больно. Зато голодной ходить не будешь, и опять же семье можно помогать. А то как мать одна-то.

— Сколько годков то тебе — Николай не очень привык ещё к подобным историям и поэтому почувствовал себя неуютно. Он ожидал всё — таки чего-то повзрослее и без историй. Так, подвариант массажа. Ну да ладно, назвался груздем — давай, работай. Он мысленно представил, что если волосы обрезать, глаза оттенить, подкормить опять же не помешает — и очень даже будет ничего.

Девица поела и встала. Она аккуратно оставила на тарелке больше половины.

— Спасибо большое, дяденька- сказала она и начала раздеваться.

Фигура у неё была совсем мальчишеская, и это почему-то здорово возбудило Николая. Он погладил её по груди, по бёдрам, затем попытался приподнять. Пожалуй, два пуда уже нагуляла, подумал он. Он поставил её на пол и повернул спиной, легонько наклонив. Бёдра у неё были ещё тонкими, и похоже, только-только начали оформляться. Он стал её пристраивать поудобнее, но тут ему в голову пришла одна идея.

Как давно доказала наука секс и мышление сильно мешают друг другу. Но ввиду того, что мысль показалась ему чрезвычайно интересной, свершилось редкое явление в истории человечества — возбуждённый мужчина отказался от самки, дабы додумать эту самую мысль.

— Знаешь что, ну-ка, пройдись.

Машка прошла немного и остановилась оглянувшись на него, не понимая, что же делать дальше.

— Давай, давай, еще немного подбодрил Коля. Походка была у неё ничего, даже несмотря на неразвитость форм, чувствовалась женщина.