– Это что было?
– первая оправилась Ари.

– Она... чихнула...
– Макс забрался в кресло с ногами, и теперь забавно выглядывал из - за компьютера.
– Бася только что, дважды чихнула.

Баська, в подтверждение догадки, ещё раз чхнула. При том торпеда пролетела в заросли любимых растений Лолик. Исход был понятен. Эльф разразился яростными тирадами на родном языке, а Арии слезла с кресла и подошла к сидящей Басе.

– Баська, ты что?
– скорее для себя спросила обезьянка.

– Слушай, а может, погодим, пока Самурай придёт, он знает, может её останется только добить?

– Бася?
– существо немного выровнялось, и заскребло о свой хитин. Она вынула кристалл и положила его на стол. Чужиха всегда приходила в редакцию именно с ним. И при этом медленно поползла к керамическому насесту. По дороге - пару раз чихнула на пол, пропаливая его.

– Нужна плевательница!
– озарило Макса. И он слез с кресла, перепрыгивая, как балерина двоечница, последствия заболевания ксенофонта - вот как эта ваза!
– Он схватил со стола Лолика, единственную на весь кабинет вазу, и укорачиваясь от рук обиженного хозяина, чуть не упал, поскользнувшись на слюнях. Но устоял, и поставил драгоценную плевательницу перед алиенкой.

Бася, зашипела, не понимая, чего от неё нужно тем, кого она по обыкновению своей расы, убивала. От этого она зашипела ещё громче, Максу стало стрёмно, но он уличив момент, схватил Басю за голову и ткнул в вазу. И...

Сверсталось!

Алиенка оглушительно чихнула. Ваза сработала как усилитель, и все разом подскочили, затихший было эльф, опять завизжал. Но кислотных торпед больше не было, и все немного приутихли.

Лолик опять решил по рассказывать до конца свои злоключения. Обезьянка даже хотела знать, что там стряслось.

– Загалом , коли я, кнець кнцем ,дйшов до того довбаного пам'ятника, то побачив, як ця гидота натурально заворушилася. Не в зрушив з мсця, вибачте, а саме - як клубок гидоти заворушилася. Гладк стнки стали мняти зовншнй вигляд перемщатися як кубик рубка..

Хвилин через п'ять тако от дяльност, пднмалося ЦЕ, чемно, на росйськй мов питаться, що я хочу ще довдатися про хню расу. Ну я й застиг з вдвислою щелепою, ляскаючи очами.

Але, сказати нчого не встиг, ,бо на площу зверзлась ще одна купа гвинтв гайок, з ходу щось що закричала. При тому так голосно та противно, що мен ще лячнше стало. Я одразу полз пд пам'ятник.

Не встиг я, таки залзти пд пам'ятник, конструкця в нього така, як вони раптом улаштували мж собою потеревеньки . Один, той що бльше й з знову прибулих, з ходу навалив мому супровднику, майже розмазавши покриттям. . Але и другий не здавався, вн перекинув нападника на спину й в дарив у щелепу. Другий раз промастив продо вбав вибону в покритт.

Коли я вже почав фотографувати весь цей жах, що вдбуваться, ну не одна Басячи вм лазити чорти куди, за спиною щось скрипнуло ... Я виявив, що не один. Поруч сидв ще один робот, широкоплечий, червоноокий, забавний. Ну й голосок у нього.

Таке враження, що його хтось скривдив вн намагаться не заревти. Але, проте , Робот виявився хоч не шпарко ввчливим, але товариським та вченим . Коли мене побачив, то першою справою - з аловив клшнями.

Отод я репетував страш ен но. А вн мене притяг до себе й запитав:

– Людина ?

– Ельф.

– Людинка ...
– простягнув скривдженим тоном робот - що людинка отут робить?

– Поверни мн на ноги, негайно.

– Людинка нахабн а , взьму й роздавлю, - зовсм серйозно заявив робот. Я ще раз закричав, робот заржав, весело й невимушено. – Людинка...

– Я репортер, прийшов готуват и матерали на статтю про ваш свт - говорити було неможливо. А робот мн вивчав.
– Я працюю в мжгалактичному виданн..