— Пятьсот, — сказал крупье. — Играем?

Игра возобновилась. Мне понадобилось всего две раунда, чтобы определить, что это была не обычная игра в покер. События развивались быстро и безрассудно; именно то, что я ожидала от мужчин, ставки которых были ниже того уровня, который они могли себе позволить. Почти каждый раунд заканчивался крупным банком. Зачастую, это считалось признаком слабого игрока, но по ходу развития событий я стала замечать, что в целом они играли не так уж плохо. В стиле их игры присутствовала неприкрытая хитрость, которая объясняла их расточительность.

Даже в перерывах мне нравилось следить за всеми и подслушивать разговоры. Наблюдать за Себастьяном и его коллегами было увлекательно. Видя, как он смеется и шутит вместе с остальными парнями, я не могла не заметить, что он стал больше походить на обычного человека. В нем по-прежнему преобладала незыблемая сила, но в кругу товарищей она проявлялась не так ощутимо. В нем было то, что я раньше не замечала.

Время от времени он оглядывался на меня и улыбался, удостоверяясь, что мне не скучно. Это было приятно только потому, что он, находясь с друзьями, не забывал обо мне.

Эван продолжал пить и вести себя еще более развязно, привлекая к себе все больше неодобрительных взглядов от других игроков.

— Почему бы вам просто не выгнать его? — поинтересовалась я у Себастьяна.

Он вздохнул.

— У тебя есть докучливый дядюшка, который тебе не особо нравится, то ты обязана его приглашать?

— Моя мама выгнала моего дядю на Рождество в прошлом году за устроенную им сцену.

Он рассмеялся.

— Почему-то меня это не удивляет. Но как бы то ни было, мы здесь так не поступаем. Наша компания – это как большая семья, и люди в ней не исключение.

Спустя несколько партий, Себастьян схлестнулся за деньги, стоявшие на кону, с тихим темнокожим мужчиной, которого все звали Джев.

— Две по пятьдесят, — заявил Джев, бросая фишки на середину стола. Это была большая ставка. Довольно большая, чтобы напугать.

Себастьян вздохнул и еще раз посмотрел на свои карты. Его карты были слабыми. Он рассчитывал на «флеш», но просчитался, так что, по сути, у него вообще ничего не было.

Я была уверена, что он скинет свои карты, но я потянулась к нему и накрыла его руку.

— Он блефует, — прошептала я. Пока остальные беседовали между собой, я пристально следила за игрой и довольно неплохо читала каждого игрока.

— Что? — произнес Себастьян.

Я замялась. Я понимала, что Себастьяну может не понравиться, что я даю ему советы. Также была вероятность, что я ошиблась, и это будет стоить ему кучу денег. Но моя интуиция подсказывала мне, что он совершает ошибку, поэтому я решила действовать настойчиво.

— Джев. Он блефует. Помнишь, несколько партий назад, когда у него на руках был «стрит», он в самом конце на кон поставил небольшую сумму? Ему нравится обманным путем провоцировать тебя на повышение ставки, когда у него сильная карта. Он бы не поставил сейчас такую большую ставку, если бы она у него была. У него слабые карты. Ты должен поднять. Он сбросит, и ты выиграешь.

Себастьян изучал меня несколько секунд, на его губах играла странная улыбка.

— Ты уверена?

Я медленно кивнула.

— Ладно, — он потянулся к стопке фишек. — Поднимаю до пяти сотен, — объявил он.

Джев тотчас же скинул свои карты.

— Твоя взяла, — сказал он.

— Говоришь «немного разбираюсь в покере», да? — сказал мне Себастьян, когда загребал свой выигрыш.

Я ухмыльнулась.

— Немного.

Меня тешила мысль, что по части игры я не уступала этим неподражаемым мужчинам.

— Буду иметь это в виду.

Игра продолжилась, и Себастьян постепенно увеличил количество своих фишек. Вскоре их было почти также много, как у Эвана, две башни из зеленых фишек, которые по моим подсчетам были номиналом в пятьдесят баксов. Это была пугающая сумма денег, чтобы ей рисковать. Несколько раз во время больших партий Себастьян поворачивался ко мне, обращаясь за советом в том или ином решении. Я не знаю, была ли это простая снисходительность, или ему действительно нужна была моя помощь, но было приятно чувствовать себя вовлеченной в процесс.

Через несколько минут один из игроков ушел, и его заменил Трей.

— Джентльмены, — поприветствовал он.

— Так, так, так, а вот и мой любимый банкомат, — заявил один из мужчин. — Пришло время для еженедельного пожертвования, а?

— Не сегодня, мой друг, — ответил Трей. — Сегодня будет моя ночь. Я чувствую это.

Ухмыляющиеся физиономии сидящих за столом игроков говорили о том, что на самом деле никто в это не верил.

— Что это с ними? — прошептала я, обращаясь к Себастьяну.