— Я думала, ты за меня порадуешься!

— Извини, Виола. Конечно, я рада за тебя. Я просто запуталась. Всего несколько часов назад — неужели действительно нужна была такая спешка?

Виола запрокинула голову и расхохоталась:

— Конечно, рыбак — совсем не тот, кто подошел бы мне для жизни. Но более чувственного секса, чем с ним, у меня никогда не было.

«Даже с Христианом?» — вертелся у Бригитты вопрос, но она успела вовремя его проглотить.

— А что, если мы пригласим этого рыбака завтра на ужин?

— Нет!

— Нет так нет. Тогда завтра я позову для тебя другого сотрапезника. Евангелос, он из столицы. Увидишь, он точно будет что надо. Журналист, издает нашу местную газету…

Бригитта расписывала достоинства неведомого Евангелоса, а тем временем мозги ее племянницы трудились над планом спасения.

— Стоп, стоп! — воскликнула Виола и, защищаясь, подняла руки. — Я узнаю у Никоса, может быть, он захочет завтра вечером прийти к тебе в гости. И тогда, я думаю, у тебя будет возможность изучить его под микроскопом.

— Но ты не обязана это делать, если не хочешь. — Взгляд тетушки был невинным. Как у льва в саванне, который крадется за добычей.

— Я знаю, Бригитта. Спокойной ночи! — Виола быстро обняла ее и поспешила уйти в свою комнату. И еще долго стояла в тот вечер у окна и смотрела на море.

На следующее утро сразу после завтрака Виола одолжила у родственников моторку. А одеться она постаралась как можно соблазнительнее — в узкие короткие брючки и приталенную блузку.

Тем не менее она приказывала себе не слишком радоваться встрече с Никосом. Но все равно ничего не могла поделать с бабочками, которые трепетали крылышками в ее душе все сильнее по мере приближения к рыбацкому суденышку, скрытому утесом.

«Интересно, заметил он мою лодку или нет?» — гадала Виола.

И нервничала от предположений. Она не привыкла к обращению с мужчинами, которые, как он, не задумываясь дают волю чувствам. Христиан всегда держал под контролем свои эмоции и подчинял их рассудку. Секс с Христианом всегда был приятным, но никогда — захватывающим.

Виола удивилась самой себе: настолько откровенно она вдруг это сформулировала. Ее любовь с Христианом существовала в другой плоскости. Им всегда было о чем поговорить. Физиология играла второстепенную роль.

Но Никос… При мысли о нем внизу живота она чувствовала полный страстного ожидания трепет. Ее непреодолимо влекло к нему. А он? Тянет ли его к ней так же, как ее к нему?

Вот он появился на палубе. Вот он машет ей рукой. Узнал! Виола глубоко вздохнула; сердце ее заколотилось. Она нерешительно помахала в ответ.

Никос легко спустился по трапику в ее моторку.

— Подожди, я помогу тебе пришвартовать лодку.

Виола протянула ему конец, он взял его и привязал морским узлом.

— Рад снова видеть тебя, Виола.

Он протянул руку, чтобы она могла опереться, поднимаясь на яхту. И не сразу ее убрал, когда она уже стояла на палубе.

— Вообще-то мне хотелось, чтобы ты пришла. — Его голос звучал чарующе низко и интимно.

Виолу обдало жаром. На этот раз Никос был одет в длинные шорты, но продолжал на нее действовать сногсшибательно сексуально. По счастью, ее рассудок сам переключился на авторежим.

— Рада слышать, что наша встреча оставила у тебя приятные воспоминания.

На его губах появилась улыбка. Виола замолчала — авторежима рассудку хватило на одну фразу. Дальше она просто разглядывала лицо того, с кем вчера потеряла голову.

Тонкий аристократичный нос, энергичный подбородок. В темно-карих глазах она на секунду утонула. Густые черные волосы дикой, но явно ухоженной гривой падают на плечи. Все та же небритая щетина.

Их разделяли считанные сантиметры. Она едва дышала, не в силах справиться с ощущением близости его обнаженного торса. Она боролась с искушением дотронуться до черных вьющихся волосков на его груди. Рассудок снова включился и предостерег: «Лучше попрощайся и уходи».

— Почему ты здесь?

Как же бередит сердце звук его голоса!

Виола сухо сглотнула, прежде чем ответить:

— Я хотела бы… пригласить тебя на ужин.

Его брови взлетели вверх, а она торопливо продолжила:

— У моей тетушки навязчивая идея меня пристроить, и она приглашает мужчин для меня одного за другим.

Виола густо зарделась, с опозданием сообразив, что выставила себя этакой нескладехой, которую никто не приглашает на танец. И тут же по его взгляду почувствовала, что у него совсем иные мысли. Он рассматривал ее так, что сейчас она ощущала себя самой соблазнительной женщиной в мире.