Снова зазвонил телефон Алекса, и я оглянулся посмотреть, кто звонил, пока он объяснял Брендону его ошибки. У меня внутри все сжалось при виде номера тюрьмы штата Индиана, мигающего на экране телефона. Не говоря ни слова, я схватил его телефон и просмотрел историю звонков. Последний звонок был двадцать минут назад. Алекс разговаривал с этим мудаком и жестоким убийцей.

— Иди в душ, Тейлор. Ты сегодня хорошо потрудился, — крикнул я, пытаясь держать себя в руках, пока он не ушел.

— Спасибо!

— Какого хрена ты разговаривал с Джин? – потребовал я ответа, как только Брендон оказался вне пределов слышимости.

Алекс побледнел и выхватил свой телефон.

— Почему ты проверяешь мой гребаный телефон?

— Он продолжал звонить. Ответь на вопрос.

Он взъерошил свои мокрые от пота кудри и затравленно посмотрел на меня своими карими глазами.

— Я должен увидеть его до того, как он умрет.

— Нет, не должен. Зачем тебе, на хрен, это делать?

— Он умрет, Парк. Умрет. У меня никогда не будет другой возможности поговорить с ним, чтобы разобраться во всем этом дерьме.

— Разобраться в чем? Он убил нашу мать! Избил ее и выстрелил ей в голову! Что еще тебе нужно узнать? – закричал я.

— Я не знаю. – скамейка задрожала под его весом, когда он рухнул на нее. – Он хочет увидеть нас перед смертью.

— Ты ничем ему, на хрен, не обязан, Алекс. Это он, бл*дь, должен нам. Он должен нам детство без оскорблений и мать, которая любит нас. Он забрал все. Я тебя не понимаю!

— Нет, — согласился он. – Ты не понимаешь.

Брендон снова появился и стал собирать свои вещи, положив конец нашему разговору. Алекс схватил телефон и ключи и практически выбежал за дверь.

Оставшуюся часть дня я был взбешен. По крайней мере, оставалось провести всего два класса, и я сделал акцент на их физической подготовке. У меня не было настроения исправлять форму или судить. Я не хотел «откусить» кому-нибудь голову за ошибки. Я закрыл дверь за последним учеником и повернулся, найдя Дженис, пристально наблюдавшей за мной с сочувствующей улыбкой. Не говоря ни слова, она подошла ко мне и обняла.

— Все наладится. Я знаю, прямо сейчас ты ненавидишь жизнь, но приятно видеть, что ты заботишься о ком-то. Не сдавайся. – впервые в жизни мои глаза зажгло от непролитых слез. Все, что нужно, это теплые объятья и несколько слов утешения от неожиданного союзника. – Иди домой и отдохни. Ты дерьмово выглядишь, — добавила она, заставив меня засмеяться.

— Увидимся завтра, Дженис.

Следующая неделя тянулась очень медленно, как бы сильно я не загружал себя работой. Первым делом по утрам я приезжал в зал, чтобы потренироваться перед выполнением любых поручений в Страйкин Бэк. В конспиративных домах работали другие телохранители, из-за чего у меня было слишком много свободного времени, поэтому я всерьез занялся переоборудованием второго этажа в спортзале. Я больше не мог помочь Мэйси, но я мог принести пользу другим женщинам, подобным ей.

Боже, я скучал по ней. Не зависимо от того, как сильно я уставал, падая по вечерам в кровать, я часами не мог заснуть, вспоминая время, проведенное с ней. Моя кровать была пустой без нее, также, как и мои дни. Никаких разговоров за завтраком с пончиками. Никаких игр в Эрудит днем. Я наблюдал за закатом со своего заднего двора, но без нее, свернувшейся на шезлонге рядом со мной, это было не то. Я постоянно находился в состоянии депрессии и раздражения.

Я старался оставаться занятым. Работа, тренировка, занятия, и еще больше работы. Второй этаж полностью расчищен и готов к ремонту, и теперь я снова в растерянности, чем себя занять.

— Эв! – крикнул я, занимаясь на беговой дорожке, когда увидел ее, входящую в спортзал. Всю неделю я боролся с желанием побеспокоить их. Мэйсон поправлялся, и у них был ребенок, о котором нужно было заботиться, но мне необходимо было узнать, как там Мэйси.

— Привет, Паркер. Как дела? – спросила она с сочувствующим выражением на лице.

— Я в порядке. Как дела у Мэйси? У нее все хорошо? У нее были приступы паники? Как ее лодыжка?

Эв подняла вверх руки, прерывая мои частые вопросы.

— Она в порядке. Я разговариваю с ней каждый день.

— Разговариваешь с ней? Разве она не у вас живет? – я сошел с беговой дорожки и накинул на шею полотенце.

— Она вернулась в свою квартиру в тот же день, когда ты ушел.

— Что? Черт, Эв. Ты должна была сказать мне. Я думал, она живет у вас. Она не должна оставаться одна.

— Она взрослая женщина, и хотела домой. Она вернулась к работе, и у нее все хорошо. На самом деле, сегодня вечером у нас девичник, она получила огромный заказ, и мы собираемся это отпраздновать. Она была очень взволнована. – Эв погладила меня по руке. – Она и правда в порядке, Парк, но ты бы мог позвонить ей. Она скучает по тебе.