– Какая прелесть, вали, - кинула зло и ехидно брюнетка. Она разозлилась на Эмму и сейчас не могла разговаривать с ней спокойно.

– Да, пожалуйста, - выплюнула Эмма, - на кой чёрт вообще заезжала. Идиотка, - Свон тоже разозлилась и быстрым шагом пошла из кабинета.

Когда дверь за Эммой закрылась, Реджина кинула ручку, которую держала всё это время, на стол, - чёрт!

Она была зла, ей не понравилось, как Эмма два раза кидала трубку, ничего не объяснив. Миллс подумала, что Свон её использовала для очистки своей совести, и теперь общение с ней ей не к чему.

– Кэрри, абсент, двойную.

– Отец, - после офиса Миллс Эмма сразу поехала к Фрэду и со стуком в дверь зашла в его кабинет. Ей нужно было отчитаться по поводу клиента, а заодно лично спросить у отца про свою работу и то, доволен он дочерью или нет. После кабинета Реджины Эммы была дико зла, но дорога до работы успокоила Свон и заставила задуматься, что Реджина права. Она действительно филонит и не выкладывается на работе так, как должна. Но не только это разозлило Эмму. Ещё то, что Миллс не захотела с ней пообщаться. Свон не поняла почему, но точно решила, что всё выяснит у Миллс.

– Эмма?! Привет. Что-то произошло, ты вся на нервах, - Фрэд оторвался от работы.

– Клиент наш, - Эмма достала из кожаного небольшого портфеля папку с заключенным договором, - полностью на наших условиях.

– Отлично. Молодец, - Фрэд был доволен дочерью.

– Скажи честно, я плохо работаю?
– сразу решила всё выяснить Эмма, стоя перед столом отца.

– А с чего этот вопрос?
– Свон удивился вопросу дочери.

– С того, - Эмма серьёзно смотрела на отца, - мне нужно знать, устраиваю ли я тебя в работе?

– Дочь, если ты затронула эту тему, значит, хочешь знать правду, так? Тогда слушай. Ты работала только две недели, и за это время ровным счетом ничего не сделала. Потом ты заболела, и опять дела встали, я не недоволен тобой, я недоволен тем, что всё стоит на месте, - честно ответил Фрэд.

– Это я и хотела услышать, - также честно сказала дочь и присела в кресло напротив отца, - прошу тебя, не относись здесь ко мне как к дочери. Отчитывай, ругай, делай выговоры. Я должна знать, в каком мне направлении действовать и как работать. Я не хочу косых на тебя взглядов, я не хочу подвести тебя, пойми.

– Я знаю, малышка, - Фрэд встал и подошел к дочери, - ты у меня очень целеустремлённая, ты вникнешь, и всё пойдет просто прекрасно. Мне не за что, пока что, тебя ругать, ты не виновата, что заболела.

– Спасибо, папа, - Эмма теперь точно знала, что как бы она не филонила и не отлынивала от работы, она не имеет на это никакого права. Она должна работать, она должна понимать бизнес отца во всех направлениях и сферах, так как он действительно перейдет к ней, и она не может подвести отца.

– Эми, - Фрэд наклонился и поцеловал Эмму в макушку, - поужинаешь сегодня с нами? Я хочу вытащить Реджину из дома, а то вчера она на меня серьёзно обиделась.

– На тебя? За что?
– удивилась блондинка, смотря в глаза отцу.

– Я вчера очень поздно приехал, да ты и сама, наверное, знаешь, мы с Клэр одновременно вышли с работы. У неё вчера было свободное время, а я даже не смог вырваться с ней пообедать, - Фрэд вернулся в своё кресло.

– Обидно, - протянула Эмма, понимая теперь, почему Реджина оказалась в парке, - но ничего. Отойдет. Она же должна понимать, что ты работал, и это очень важно.

– Эм, не всё так просто, - Фрэд выдохнул, - ты не представляешь, сколько раз я дёргал её с совещаний и переговоров, сколько раз задерживал дома, а теперь я сам не смог вырваться даже пообедать, не говоря уже про ужин.

– Папа, - дочь понимающе кивнула, смотря на отца, - помиритесь. Всякое бывает. Ты же сам говоришь, ужин, вот за ним и помиритесь.

– Надеюсь, - Фрэд достал журнал, - я хочу выбрать ей подарок, поможешь? Или всё ещё будешь дуться на неё?

– Я не дулась, отец, - серьёзно произнесла Эмма и, встав, обошла стол, подходя к отцу, - а подарок, конечно, помогу.

– Я уже выбрал несколько вариантов, но всё не могу определиться, -мужчина открыл журнал с представленными драгоценностями, - вот это кольцо или вот этот браслет. Хотя я сначала хотел ещё украсить её шею. В каждой женщине есть определенная деталь, которая способна свести с ума. У твоей мамы это были руки с длинными и красивыми пальцами, а у...
– он замолчал.

– Всё нормально, - Эмма сжала руку отца своей, смотря ему в глаза. Она понимала, почему он замолчал, и хотела, чтобы ему не было некомфортно говорить о Реджине в присутствии дочери. Эмма немного взгрустнула при упоминании матери, но всё же понимала, что таить обиду ни к чему хорошему не приведёт.