– Я рассказываю и хочу услышать в ответ твои действия, - заявила Эмма, не открывая глаз.

– Эмма, ты перегибаешь палку, - Миллс намыливала шею.

– Я прошу лишь малость, - промурлыкала Эмма.

– Эмма, я не буду рассказывать дочери своего мужа, как намыливаю мочалкой грудь, - брюнетка отвлеклась, чтобы включить воду.

– Ты намыливаешь мочалкой грудь...
– протянула Эмма, а потом резко распахнула глаза и тяжело задышала, - ладно! Я потом перезвоню. Пока.

– Пока, - Миллс прижала трубку к уху, когда Эмма уже с ней прощалась, а потом и вовсе отключилась. Брюнетка совершенно не поняла, почему Эмма закончила разговор.

– Пэнни, позови мне Клэр, срочно!
– Эмма нажала на кнопку коммутатора и нервно попросила свою помощницу, а сама поднялась с кресла и стала мельтешить по кабинету.

– Чёрт!

Гарнер смогла прийти только через десять минут, - что ты хотела? У меня куча работы, а ты отвлекаешь.

– Мне трындец! Трындец! Я в полной жопе!
– куря в кабинете, говорила Свон.

– Ты опять куришь, то, конечно же, тебе трындец, - Клэр прошла в кабинет и села в кресло. Она видела, что подруга на нервах.

– Я поняла, почему я её изнасиловала. Не просто побила или ударила, а это!
– прошипела тихо Свон, глубоко затягиваясь.

У Клэр расширились глаза, - зачем ты об этом вспомнила? Всё же было хорошо, почему ты именно сейчас вспомнила о произошедшем. Просто забудь об этом!
– Гарнер думала, что её подруга и Реджина замяли эту тему и пытаются не вспоминать.

– Она сейчас в ванной. Моется. Голая!
– Эмма смотрела на подругу безумными глазами.

– И что?
– до Клэр не доходило, что ей пытается сказать Эмма.

– Я её хотела! Уже тогда, - Свон до безумия тяжело дышала, - наверное, подсознательно, но... Клэр, я её хотела!

– А сейчас?
– Гарнер всё поняла. Клэр видела состояние Эммы и хотела всё для себя понять, ведь то, что она предполагала, было безумно.

– Клэр...
– Свон от безумных глаз с моментальной скоростью переходила к виноватым, а потом к отчаянию и пониманию, что это полная безнадёга.

– Ты идиотка, и этого не изменить, - Клэр выдохнула и отклонилась на спинку кресла, и положила ладонь на лоб, - только не говори, что ты в неё втюрилась. Хочешь - хоти, хоть это и... это полный трындец, но не говори, что ты хочешь быть со своей мачехой.

– Нет, нет, ты что?
– Эмма сразу встрепенулась и резко покачала головой в разные стороны. Она затушила сигарету, - ни за что. Никогда этого не будет. Я не смогу так подставить отца. Нет!

– Фух! Слава Богу, - Клэр выдохнула, - я уж думала, что всё, ты потеряна. А то, что ты её хочешь, так в этом нет ничего страшного, мы вправе хотеть людей, с которыми не можем или не хотим быть.

– Ты, правда, считаешь это нормальным?
– с просьбой в глазах спросила Эмма.

– Правда, - Клэр отвела глаза, но не показала этого Эмме, - просто не обращай внимания на это и всё.

– Хорошо, - выдохнула Эмма, кивая и соглашаясь с подругой.

– Вот и хорошо, а сейчас я пошла работать, - Клэр встала и, подмигнув, пошла из кабинета, но уже у двери остановилась, - ну ты только это... с рукой не играйся, это не очень, - она быстро выбежала, видя загорающуюся злость в глазах подруги.

– Сволочь!
– буквально зарычала Свон и кинула пачкой сигарет в дверь. Но с этим тут же успокоилась и решилась на самую безумную идею, которая, вероятно, не выгорит, но всё же попробовать стоило. Эмма позвонила Тори.

– Да, - Тори была на работе и спокойно ответила на звонок, так как высветился только номер.

– Привет, дорогая, - Эмма улыбалась, разговаривая с девушкой.

– Это ты? Какого черта ты мне вообще звонишь?
– голос девушки сразу изменился. Тори ни разу не приезжала к Эмме и у Лили не спрашивала, что с ней после избиения.

– Хотела узнать, как у тебя дела? Ты по-прежнему меня ненавидишь и хочешь убить?
– по голосу Тори Свон тут же поняла, что она точно полная идиотка, что позвонила и глупо понадеялась.

– Я не хочу тебя убить, и я тебя не ненавижу, - для начала обнадежила Тори, - ты мне просто противна.

– А если я скажу, что та женщина меня простила, и мы хорошо общаемся?
– протянула Эмма.

– Скажу, что она идиотка раз простила тебя после такого или просто ты самоуверенная сука, которая просто много на себя берёт, - Тори говорила всё в цвет.

– То, что мы хорошо общаемся, это чистая правда, - выдохнула Эмма, - но я от себя могу сказать, что ради неё и для неё я изменяюсь. Я становлюсь лучше и определенно понимаю, что я та ещё тварь из-за той ужасной ошибки.