Время не смогло бы так быстро уничтожить добротное здание. Постарался грандиозный пожар, спаливший весь дом вплоть до основания закопченных кирпичей. Уцелел лишь левый флигель, нависавший гнилыми стропилами над руинами поместья, да несколько хозяйственных построек в дальней части двора.

«Скоро стемнеет. Надо найти инструменты и какие-то светильники или хотя бы развести костер. Совсем не хочется остаться посреди этого заброшенного пожарища ночью да без огня».

Он прошел под ржавой перекладиной ворот и двинулся по заброшенному двору, обходя сухие заросли колючего кустарника и репейника. Миновал остов стеклянной оранжереи: чужеземные декоративные растения давно исчезли, задушенные в объятьях агрессивной местной флоры. Обошел разбитый экипаж, лежащий на боку и лишившийся колес. Пышные деревья, которых давно не касалась заботливая рука садовника, теснили узкие прогулочные дорожки, захламляя их ветками и опавшими листьями.

Труды множества людей практически сгинули. Среди руин, изжеванных деревянными челюстями природы, исчезали последние следы цивилизации. Скоро даже опытный глаз не различит затянутое лесом жилище былых хозяев этой земли. Ржавчина обгладывала сталь, корни и побеги возвращали кирпичам и плиткам дорожек былые очертания булыжников, плесень и мох подтачивали оставшиеся гнилые балки перекрытий.

Казалось, что долгие десятилетия сюда не ступала не только нога человека, но даже лапа дикого зверя и крыло птицы. Александр подцепил попавшийся на пути камень носком ботинка. Так и есть. Ни насекомых, ни личинок. Вездесущая жизнь редко избегает столь пригожие места, если только они не отравлены какой-то совсем уж зловредной скверной.

«В одной сказочной вселенной я бы помянул химическое заражение и радиацию, - угрюмо подумал он.
– На счастье, в этом мирке все гораздо проще: треклятая магия опять навалила мне на пути кучу неприятностей».

Но, на первый взгляд, заброшенная усадьба пустовала. Никто не скрежетал зубами между опаленных пожаром руин, не сверкали красные глаза во тьме кустов, не бряцали цепи.

«Нужно найти хоть какое-то оружие, - и он пригляделся к почти целехонькому сараю в углу двора.
– Надеюсь, там будет топор или хотя бы ржавая труба».

Он почти добрел до заветной постройки, не вляпавшись в очередные приключения, когда наткнулся на труп. Мертвец в истлевшей одежде привалился к стволу дуба, будто решил передохнуть после прогулки, да так и остался тут навсегда.

Александр пересилил себя и подошел ближе. Ни звери, ни черви не тронули усохшее тело.

«Совсем целый. Ни ран, ни сломанных костей. Такую мумию еще можно отыскать в наглухо запечатанной гробнице, но чтоб под открытым небом посреди леса? И ей точно не десятки лет. Непогода и ветер успели бы растащить тело за такой срок не хуже букашек и зверьков. Он сидит тут год или два от силы».

Он обошел кругом высохшее тело и направился к сараю.

«Уж не сгубили ли его те же кошмары?
– он оглянулся, еще раз посмотрев на высохшее тело неизвестного бедолаги.
– Надо поторапливаться, чтобы ненароком не составить ему компанию».

Дверь сарая успела изрядно зарасти ползучими травами, а на нижнюю часть створки нанесло земли. Проржавевшая ручка отлетела от доски после первого же рывка.

«Ну что ж, я пытался быть вежливым», - подумал он довольно зло.

От крепкого пинка гнилые доски разлетелись. Полумрак внутри рассеивали пробившиеся сквозь прохудившуюся крышу лучи солнца. Выбив мешающую панель, Александр протиснулся внутрь.

«Ну и мрачное же местечко».

Вдоль стен тянулись полки с испорченными временем и непогодой коробами и ящичками. Изрядно надышавшись пыли, он осмотрел несколько, но внутри уже все превратилось в прах и гниль. Наконец, в самом углу Александр наткнулся на большой жестяной ящик. Крышка сидела достаточно плотно, и, только изрядно поковырявшись, он ухитрился сорвать приваренные ржавчиной крепления. Внутри в сухой соломенной стружке покоились три стеклянные лампы.

«А вот это пригодится ночью. Только бы найти, чем их заправить».

Первая лампа разлетелась осколками, едва он потянул за плафон, но две другие пережили длительное хранение в полном запустенье. Продолжив раскопки старья, рядом со стеллажом Александр приметил пару стеклянных бутылей. Одна из них отозвалась легким плеском в непрозрачных глубинах. Крышка сопротивлялась, пока, разозлившись, он не снес ее ударом по ножке стола. Изнутри щерящейся острыми краями емкости пахнуло керосином.

«Осталось только разобраться с устройством лампы. Только бы не сломать эту рухлядь!» - как и подточенные голодом силы, его психика была сейчас далека от нормы. Волны гнева и злости то и дело сменялись серой безнадегой и страхом.

Вместо регулировки фитиля он обнаружил небольшой переключатель, а на нижней стороне лампы оказался вмонтированный в углубление сияющий магический кристалл. Он светил не белым, как привычный осций, а зеленоватым, да и был неправильной формы.

Тем временем заброшенный двор за распахнутыми дверьми сарайчика погрузился в сумерки. Первые тени вытянулись из-под крон деревьев и укрылись в кустах. До заката было меньше часа.

«Здорово, конечно, что кристалл не успел разрядиться за столько лет, но только все это: колдовство, заброшенные строения и накопитель, что горит так, будто вчера его наполнил эфиром очередной заштатный чародей - мне кое-что сильно напоминает. А именно: давешнюю шахту», - Александр поморщился, вспомнив подземного монстра из каменных обломков и кровавую пентаграмму.