Энгельс выделяет здесь четыре элемента общественной структуры: способ производства – строение общества – политическая история – интеллектуальная история. Как мы уже видели, эта концепция по существу была выработана в «Немецкой идеологии». Там, если выбирать наиболее зрелый вариант, она была сформулирована в такой терминологии: производительные силы – форма общения – политическая надстройка – формы общественного сознания. Классическая формулировка этой концепции была дана Марксом в предисловии к «К критике политической экономии», где основное отличие от «Немецкой идеологии» сводится к определению второго звена: не «производительные силы – форма общения» и т.д., а «производительные силы – производственные отношения» и т.д., что является следствием и проявлением окончательного выделения производственных отношений из всей совокупности общественных отношений.

В «Принципах коммунизма» эта четырехчленная концепция не была представлена в полном виде. В ответе на 15-й вопрос Энгельс ограничился указанием на первые два звена, на соотношение между 1) производительными силами, способом производства и 2) отношениями, формой собственности, общественным строем, классовой структурой общества. В «Манифесте Коммунистической партии», напротив, представлены все четыре звена.

Различие между «Немецкой идеологией» и «Манифестом Коммунистической партии» состоит в том, что на место соотношения «производительные силы – форма общения», которое приблизительно эквивалентно соотношению «производительные силы – общественные отношения», пришло соотношение «производительные силы – производственные отношения». В «Немецкой идеологии» были уже все предпосылки для такого перехода, но сам переход совершен еще не был. Этот переход связан с четким различением производственных отношений и общественных отношений или, может быть лучше сказать, такой переход и такое различение взаимосвязаны и в известной мере эквивалентны друг другу. Заслуга этого перехода, составляющего следующий после «Немецкой идеологии» шаг в развитии, или по меньшей мере в уточнении, основной концепции материалистического понимания истории, принадлежит Марксу. Этот шаг можно датировать 1847 годом [229] .

В «Манифесте Коммунистической партии» с большей резкостью, чем в «Немецкой идеологии», развита марксистская теория классовой борьбы. Здесь появляется формула: «История всех до сих пор существовавших обществ была историей борьбы классов» [230] . Впоследствии Энгельс добавил к этому тезису весьма существенную, конкретизирующую его, оговорку.

Анализ «Манифеста Коммунистической партии» приводит к выводу, что практически все существенно новые моменты материалистического понимания истории исходят здесь от Маркса, и это лишний раз подтверждает фактическую точность свидетельства самого Энгельса.

К 1848 г. процесс становления марксизма как целостного специфически нового мировоззрения и как мировоззрения определенной политической партии – партии пролетариата – в общем завершился. Европейская революция 1848 – 1849 гг. явилась первой исторической проверкой марксизма, в том числе и материалистического понимания истории. Революция подтвердила правильность и вместе с тем показала необходимость дальнейшего развития марксизма, развития прежде всего его экономической теории.

«При богатстве и разносторонности идейного содержания марксизма, – писал В.И. Ленин в статье „Наши упразднители“ (1911 г.), – ничего нет удивительного в том, что… различные исторические периоды выдвигают особенно вперед то одну, то другую сторону марксизма. В Германии до 1848 года особенно выдвигалось философское формирование марксизма, в 1848-ом году – политические идеи марксизма, в 50-ые и 60-ые годы – экономическое учение Маркса… От совокупности исторических условий зависит преобладание интереса к той или другой стороне» [231] .

В период до 1848 г., особенно в 1843 – 1846 гг. преобладало формирование философии марксизма и прежде всего материалистического понимания истории. В период революции 1848 – 1849 гг. на первый план выдвинулась разработка политического учения марксизма. Разработка материалистического понимания истории в это время не была непосредственной целью теоретической деятельности основоположников марксизма. Но само оно играло роль одной из главных теоретических и методологических основ дальнейшего развития марксизма.

После начала революции Маркс и Энгельс смогли вернуться в Германию и здесь, в Кёльне, они стали издавать «Neue Rheinische Zeitung», – по определению Ленина, «лучший, непревзойденный орган революционного пролетариата» [232] . Материалистическая теория истории дала им ключ к пониманию происходящих событий. «В „Коммунистическом манифесте“, – указывал Энгельс, – эта теория была применена в общих чертах ко всей новой истории; в статьях в „Neue Rheinische Zeitung“ Маркс и я постоянно пользовались ею для объяснения текущих политических событий». «Революция бросила нашу партию на политическую арену и тем самым сделала для нее невозможным преследование чисто научных целей. Тем не менее основное воззрение [233] проходит красной нитью через все литературные произведения партии. В них повсюду, в каждом отдельном случае, показывается, каким образом политическое действие всякий раз возникало вследствие прямых материальных побудительных причин, а не вследствие сопровождающих их фраз, каким образом, наоборот, политические и юридические фразы точно так же порождаются материальными побудительными причинами, как и политическое действие и его результаты» [234] .

Анализ статей «Neue Rheinische Zeitung» показывает, что в период самой революции никаких существенных изменений в основах материалистического понимания истории не произошло. Материалистическая концепция вполне оправдала себя, в особенности теория классовой борьбы. Но революция дала богатый материал для размышлений. Она не привела, как можно было предполагать, к крушению буржуазного общества. Этот кардинальный факт требовал объяснения. Объективно это вело к дальнейшим исследованиям в двух направлениях: более глубокое изучение экономической основы общества и учет влияния надстроечных факторов.