Возвращени

пошевелиться, а безликое создание уже вплотную

е

приблизилось к нему и собралось завершить то, к чему так

стремилось.

Но вдруг, сознание, которое было окутано все это время, оживилось только от одной мысли. Мысли, которая

вспыхнула небольшим свечением в его разуме и усиливаясь с

каждой секундой, очищала его мозг от запутанной паутины

Эмба. Мысль о том, что он подверг опасности свою команду, когда бросился гонимый непонятным порывом спасать

девчонку. Бросился, противясь уговорам своих напарников, да при этом еще и не зная, напрасны были его усилия или

нет.

– Я же впринцыпе видел, как она ушла, - сам себе говорил

Даня, - но вдруг с ней что-то случилось, вдруг эти твари

догнали ее и мою команду и теперь из-за меня, они мертвы.

Нет, я должен, нет, обязан спастись ради них, ради того, чтобы убедиться, что с ними все хорошо, - с каждым словом

уверенность в себе усиливалась, а туман, который окутал его

разум, отступал.

Расплывчатая картина, которая все это время была перед

его глазами, наконец, отступила и он увидел всю картину, которая нарисовалась перед его глазами за тот период пока

он был в прострации. Первое что бросились ему в гласа это

то что огромная тень склонилась над ним на расстоянии

метра и глядела прямо на него. У нее не было видно лица, даже каких-либо очертаний по которым можно было бы хотя

188

бы предположить, какое лицо, у него могло быть. Даня такое чувство смотрел просто в

темноту, темноту, которая была ему так приятна и знакома. Но тут тень отпрянула от него и

пошатнулась назад, как и несколько остальных, которые располагались прямо за ней. Как

только это произошло Даня, сразу же почувствовал прилив сил, которые дали ему еще

больше уверенности в себе. Разум уже настолько протрезвел, что он мог принимать трезвые

и быстрые решения. Оценив обстановку, он понял, что надо было быстро действовать, пока

его оживление ввело в ступор группу Эмбов.

Данила вспомнил об оставшемся фаере, одним движением вскочил на ноги, а вторым

дернул за веревку. Свет красноватого оттенка, окропил все окружающее пространство. Не

смотря на сильнейший ветер, который летел с такой силой, что заставлял Даню крепче

стоять на ногах и пепел, бивший его по лицу, свет новыми красками озарял дорогу и слегка

падал на призраков.

– Он должен быть где-то здесь, - послышались крики за спиной, - вон он.

После услышанного Даня окинул взгляд назад и заметил несколько людей, видимо из

вояк Джорджи и понял медлить нельзя, но вместо того чтобы развернуться и дать деру, он

решил действовать по-другому. Он крепко сжал фаер в руках и шагнул вперед. Эмбы видимо

просто не ожидавшие такой смелости, ошарашенный стояли обездвижено, не смотря на

ужасной боли свет, стояли до тех пор, пока Даня не сделал еще один шаг и не кинул фаер

прямо в лицо одному из них. Крики, наполненные ужасом, болью, страхом раскинулись по

просторам дороги смерти. Наверное, еще не слышало это место такой боли и ужаса, не

смотря на свою злосчастную историю. Боли и ужаса, которые раскатывались с каждой силой

все дальше и дальше и не просто не затихали, а каждый раз крик становился все громче и

громче.

Эмб в которого попал Даня и который так громогласно оповещал все о своей боли начал

метаться, он начал биться обо все, что ему попадется, он крушил и ломал все на своем пути

чтобы хоть не много заглушить ту боль,, которая разожглась в его сердце, если оно у него

было.

Люди, которые видели это были ошарашены этой картиной, но не смотря на это не

хотели попасть под руку озверевшему созданию и начали отступать, а Даня долго не думая, после сделанного ринулся бежать в ту сторону, откуда пришли за ним вояки под

руководством как уже позже заметил Дяня, Совы.

Вой все продолжался и даже не собирался успокаиваться, а озверевший Эмб, все крушил и

крушил, пока небо не озарилось яркой вспышкой. Вспышкой, которая предвещала только

одно, буря дававшая знак виде сильного ветра, началась. Эмбы, гонимые страхом, еще более