Шрифт:
Виктор молча смотрел на него.
– Думаю, что не возражаешь.
А про себя подумал: «Не в том ты положении, чтобы возражать. Как же с ним: нагло, по-дружески или на жалость больше давить?»
– Понимаешь, – повторил он, – моя жизнь, как и твоя теперь, зависит от твоего поведения.
– Ну, и что надо от меня?
– Надо? Всего пустяки. Надо, чтобы робот нормально работал. Ему надо задать определенную программу.
– Какую? – с ноткой обреченности, жуя бутерброд, спросил Виктор.
– Номер 17.
– А ты хоть знаешь, что это за программа? В своё время эту программу ввел Хофман. Эта программа убийцы, понимаешь? Именно из-за этой программы, если ты, конечно, помнишь, прикрыли этот проект. А в прочем, что ты можешь помнить и знать?..
– Ну, ты не очень-то.
– Да что не очень?
– Я не думаю, что они, те вместе с Хофманом, оставят таких, как ты, я и других твоих помощников, в живых. Да, и еще: без моей барокамеры я ничего не смогу сделать. В любом случае надо ехать ко мне.
Зазвонил телефон.
– Да.
– Ну, как там дела?
– Всё нормально, профессор готов к сотрудничеству.
При этом он многозначительно посмотрел на Виктора, давая ему тем самым понять, что это звонят они…
– Где находится робот?
– В холодильнике.
– Жидкость там же?
– Да.
– А ключи?
– У меня.
– Сейчас к вам подъедут мои помощники. Дождитесь их.
Сан Саныч посмотрел на телефон, который уже прерывисто гудел.
Нехорошее чувство разместилось у него на затылке и неприятным червячком стало его грызть. Он закурил.
– Александр Александрович, вы же умный человек, – начал Виктор, пока не поздно…
– Твое дело сидеть и молчать.
Он подошел к окну, нервно затягиваясь сигаретой. Тут такие деньги обещаны!.. Будешь нормально себя вести, и тебе перепадет.
– Что перепадёт? Саша, очнись! Они сейчас приедут, и будет поздно.
– Поздно, Витя, поздно. Уже приехали.
За окном послышался шум машины. В дверь постучали.
Сан Саныч открыл. Зашли двое мужчин: один высокий, другой чуть пониже.
– Кто из вас профессор Глушков Александр Александрович?
– Я.
Раздался выстрел, затем второй. Виктор увидел, как Глушков безжизненно сползал по стене. В глазах был недоумевающий ужас.
Виктор от неожиданности встал. Но его тут же резко посадили.
– Ну, что? Говоришь, будешь сотрудничать? Давай, сотрудничай!
Виктор, испуганно прикрываясь рукой, стал быстро говорить дрожащим голосом:
– Я в курсе, что вы хотите. Я сделаю всё. Но нужны специальные условия.
– А тут тебе что, нет условий? Может, тебе полы помыть?
Он оглянулся на своего напарника, и они рассмеялись.
– Мне нужна моя барокамера, со всей аппаратурой. Без неё я ничего не смогу сделать. Мы перед вашим звонком собирались ехать ко мне с … – он замолчал, кивнув в сторону Глушкова.
– Хорошо, сейчас узнаем, что к чему, – сказал тот, который был повыше. Они вышли. Было понятно, что говорили по телефону, но слышно было плохо.
Виктор сидел, пытаясь не смотреть в сторону Глушкова. Наконец, двери открылись, и Виктора без слов вывели. Он увидел машину «скорой помощи», в которую его впихнули. Там уже лежал на носилках его робот.
Глава двадцать восьмая
Аркадий, зайдя к себе в отдел, спросил у дежурного:
– Мне были какие-нибудь сообщения?
– Да, вам прислали факс из Москвы.
– Вовремя, давай сюда.
Аркадий направился к себе в кабинет, читая его на ходу.
Не дойдя до кабинета, он остановился, дочитав до того места где, говорилось, что Хофман связан с ЦРУ – «Проект разработки сверхчеловека».
Он услышал, как в его кабинете зазвонил телефон. Аркадий поспешил открыть дверь и взял трубку.
– Суворов? Это Симаков. Факс получил? Как тебе этот Хофман? Ну, что, я тебе помог?
– Не то слово! Мне бы…
– Еще просьба? И тоже неофициальная?
– Ты догадлив. Мне надо выяснить, с кем этот Хофман здесь связан? Мне нужна распечатка его звонков. И это мне нужно срочно.
– Понял. Жди.
Аркадий положил трубку.
«Значит, Стариков и Куц работали на Хофмана? Нет, этот Хофман слишком далеко. Теперь надо вычислить, кто посредник. И тут только два варианта: через эту парочку, – он поглядел на распечатанные фотографии Куца и Старикова. Или надо искать ниточки, которые тянутся от Хофмана сюда».