Шрифт:
Яська тут же улыбнулся в ответ, понимая что мальчишка и сам рад тому, как кстати подвернулась тема для разговора.
– А что это за птица?
Паренёк усмехнулся.
– Стриж. А ты неужто сам не знаешь?
– Откуда? – Яська пожал плечами, снова оборачиваясь к замершей птице.
– Ну, ты же, вроде как, городской...
– И чего? – Яська тут же покраснел, будто свёкла. – Можно подумать, в городе одни гении живут...
– Да я так просто спросил. Чего ты сразу колешься? Словно колючка.
– Никакая я не колючка! Ты сам, только и делаешь, что подкалываешь!
Мальчишка снова улыбнулся.
– Просто тут другие приезжают из города – даже в нашу сторону и не глядят. Важные такие ходят, как индюки. Так и хочется прижать! А ты ничего, живенький такой.
– Живенький?
– Ну да... Только колючий.
Яська хотел было снова взъершиться, но вдруг понял, что не хочет этого. Он посмотрел в синие глаза незнакомца и не сдержался – расплылся в широкой улыбке.
– Я Колька, – и Колька, не дожидаясь дальнейшей Яськиной реакции, протянул исцарапанную ладонь.
– Яська.
– Яська? – Колька пожал протянутую ладонь. – Это что за имя такое? Никогда не слыхал.
– Это сокращённое от Ярослава. Папа говорит постоянно: «Ну какой это Ярослав – видно же, что Яська...»
– Это точно! – Колька широко улыбнулся и снова спрятал руки в кармашки шортиков. – Я когда увидел, как ты тут кувыркаешься, так и подумал, что Яська приехал!
Яська засмеялся. Потом кое-как переглотал всех смешинок, подброшенных Колькой, и сказал:
– Я, если честно, перетрухал не на шутку. Думал змея, какая, подкралась...
– А чего ж ты тогда в овраг полез, раз перетрухал?
– Так интересно же.
Колька покачал головой.
Яська посмотрел на притихшего стрижа.
– А чего он тут в траве ползает? Гнездо что ли охраняет?
– Да ты совсем, похоже, ничего про стрижей не знаешь, – Колька надменно улыбнулся.
Яська потупил взор, покраснел: откуда ему знать, неужели не ясно?
Колька быстро смекитил, что сболтнул лишнего – тут же исправился:
– Да я и сам недавно только узнал. Они, стрижи, если в траву или канаву свалятся, так потом взлететь без посторонней помощи не могут.
– Как это? – Яська недоверчиво посмотрел в Колькины глаза, силясь определить, говорит ли тот правду или же просто сочиняет, желая сойти за умного.
– Очень просто: у стрижей очень длинные крылья – как у самодельных планеров, – так что им очень сложно взлететь на ограниченном клочке пространства. К тому же нет места для разбега. А он видал какой?..
Яська кивнул.
– Ага, здоровый. Меня, вон, даже с ног повалил. Но это я просто не ожидал!
Колька кивнул.
– Ещё бы... Такой, поди, и за шхибот, случись что, утянет запросто!
– Да ну... не утянет, наверное...
Колька засмеялся.
– Да шучу я, конечно же, не утянет! Просто и впрямь большой больно.
– И что же теперь с ним будет?
Колька задумался. Потом ответил, ковыряя пальцем в ухе:
– Ничего. Если собаки, конечно, деревенские не учуют... Или кошаки – они тут вечно стаями носятся, терроризируют кого не попадя. Недели не проходит, чтобы хотя бы одна усатая рожа в голубятню не залезла.
– У тебя есть голубятня?
– А то! – Колька горделиво задрал нос. – Если хочешь, могу показать.
– Хочу!
– Договорились. Только завтра, а то уже поздно очень, а у меня ещё дел немерено.
Яська вдруг опомнился, всполошился, заломил кисти рук.
– А с ним как же быть?!
– С кем? – не понял Колька.
– Ну со стрижом! Нельзя же его тут просто так бросать!
Колька задумался.
– Да, действительно, нельзя.
– А что же тогда делать?..
– Есть одна мысль. Жди, я скоро вернусь!
И, не успел Яська толком сообразить, что происходит, как Кольки и след простыл, – лишь где-то над головой постукивали друг о друга головки потревоженного белоцвета.
Аверин замедлил ход, затем и вовсе остановился. Сел на головку рельса, обхватил руками хмельную голову.
– Что же такое происходит? Куда подевался тот весёлый Яська, с открытой к чувствам душой? Что его погубило, оставив лишь мимолётный луч в памяти, который брезжит от случая к случаю, словно заточённый где-то за гранью? Его словно что-то держит. Не пускает обратно, в мир эмоций и света. Оттого всё именно так.
Аверин заплакал.
На автобане над головой сгрудилась «пробка».