– А чего ты пропал-то тогда?

Яська глупо пожал плечами. Потом уверенно сказал:

– Засомневался, что всё взаправду. Вот и пропал.

Ярослав понимающе кивнул.

– Мне и самому, порой, так кажется. Просто диву даёшься, насколько люди могут быть злыми и жестокими!

– Они уже не люди, – прошептал Яська, поднимаясь из вонючей жижи. – Люди себя так не ведут.

Ярослав молча закусил нижнюю губу. Машинально помог Яське отряхнуться от приставучей грязи.

Откуда не возьмись, прискакала девочка с косичками. Тыкнула пальцем сначала в Яську, потом в Ярослава.

– Чумазики, чумазики! Ммм... – Мелькнул остренький язычок.

Ярослав показал кулак: мол, брякни ещё чего-нибудь из своего репертуара – непременно схлопочешь!

Девочка тут же умчалась – как ветерок: раз и нету!

Яська непроизвольно улыбнулся.

– Как её зовут?

Ярослав повёл плечом, словно о чём-то задумавшись.

– Оксана... Ксанка... Тоже, наградил бог сестрой!

– Она твоя сестрёнка? – не поверил Яська.

– Ну да. А чего, не похожа?

Яська снова улыбнулся.

– Вот, смотри... – обиженно прогнусавил Ярослав, протягивая Яське левую кисть с растопыренными пальцами. – Видишь родинку между пальцами? Так вот, у Ксанки тоже такая есть, только на правой руке. Можешь проверить. А ещё у нас волосы от темени по спирали в разные стороны растут – у Ксанки по часовой стрелке, а у меня – против! И чувствуем мы одно и то же, тока по-разному – ведь она девчонка! А всё: потому что вместе родились. В один день, в смысле. Вот.

Яська почувствовал неприятный зуд во всём теле.

– Соседи всё шутили: мол, должен был один ребёнок быть, а вышло два. Как будто, в самый последний момент, кто-то взял, да и передумал.

– Но почему?

– Что почему?

Яська развёл руками.

– Почему передумал, и кто?

Ярослав недовольно засопел.

– Говорю же, кто-то. Почём мне знать, как дети рождаются? А может, ты знаешь?..

Яська хоть и догадывался, но разевать рот всё же не рискнул – ещё за невежу, какого, сойдёт. Ярослав, вон, в карман за словом не лезет.

– То-то и оно. А почему... Может, чтобы веселее жилось! Одному скучно будет, когда повзрослеешь: родители – на работе, бабушка «скрипеть» только может, соседям – и вовсе нет до тебя дела. Так и со скуки помереть можно! А когда есть сестрёнка, это всё меняет!

«Да уж... – подумал Яська, представляя царящий во всех направлениях бедлам. – Тут, если кому и весело, так это родителям!»

В слух он сказал:

– Наверное, ты в чём-то прав. Хотя, мне кажется, что тут всё немного иначе обстоит.

– И как же?

Яська замялся. Он не заметил, когда именно это пришло. Наверное, надуло в голову недавним сквозняком.

– Не знаю, как точнее объяснить... Возможно, если родится один-единственный ребёнок, то он окажется невероятно сильным. Настолько, что сумеет бросить вызов.

– Кому? Этим что ли?.. – И Ярослав мотнул головой в сторону закрытой двери.

– Да нет же! Ты дослушай сперва.

Ярослав надулся, будто грелка с кипятком, но так ничего и не возразил.

Яська собрался с духом и выпалил:

– Твои фашисты вовсе не от рождения такие. Ими просто что-то движет. Вот здесь, ниже сердца, где ямочка. Чуешь?

Ярослав медленно ощупал собственную грудь. Кивнул:

– Чую. И что?

– Так вот, зло селится именно тут.

– Какое ещё зло?

– Инопланетное. Они каким-то образом пробираются в наши тела и подчиняют себе волю. Точнее душу. Именно так на свет и появляются звери, внутри которых не осталось ничего человеческого!

Ярослав дёрнулся всем телом.

– Бред какой-то. У нас тут всё намного проще, – он осёкся, испуганно глянул на напрягшегося Яську. – Так причём тут брат и сестра?

– Да необязательно, брат и сестра! Брат и брат или две девочки – суть дела не в этом! Основной смысл заключён в двойняшках! Понимаешь? Они вместе появляются на свет, растут рука об руку, взаимозаменяют друг друга. Это ведь всё равно, что один человек с собственным «я» и подсознанием. Разве с тобой так никогда не было: уже решил поступить так, а кто-то незримый советует совершенно иное, или хотя бы просто повременить! И очень часто, он оказывается прав!

Ярослав глянул на Яську, как на психа.