Яська пожал плечами.

– Да какая разница! Важно другое: если он нас всех спас, значит, он вовсе и не плохой. Тем более, он даже разговаривал со мной.

– Разговаривал?.. – Колька еле сдержался, чтобы не добавить традиционное в таких случаях «да гонишь ты».

– Разговаривал. Во сне.

Колька отмахнулся.

– Снов нам ещё только не хватало, – он задумчиво посмотрел на Тимку. – А что в книжке?

Тимка тут же встрепенулась.

– Чумные доктора впервые появились в средневековой Европе. Основной их обязанностью являлось лечение больных бубонной чумой или как её ещё называли – «чёрной смертью». Маска с клювом птицы, – Тимка указала на изображение, – была отличительной особенностью их внешности.

– Так причём тут всё это? – Колька выжидательно смотрел на Тимку, будто та знала ответ.

Тимка посмотрела на книжку.

– Не знаю. Тут всё иначе. Не могу просто так уловить какую-нибудь связь. К тому же я её даже не дочитала ещё.

– Надо дочитать, – тут же приказал Колька. – Связь быть должна. Особенно если всё было действительно так, как рассказал Яська.

Яська понурил голову, силясь ускользнуть от прощупывающего взгляда Кольки. Затем нерешительно прошептал:

– А эти доктора... Ведь их заставляли лечить больных? Я где-то слышал, что чума очень заразная. А ещё, что от неё умерло много народу.

Тимка кивнула.

– Вымирали целые города. Сначала людей пытались лечить, но когда понимали, что всё без толку, просто помещали в карантин. До тех пор, пока не скончается последний житель. Потом приходили мортусы и собирали тела – вывозили по нескольку сотен тележек и сжигали всё, включая тела умерших, чтобы зараза не распространилась дальше.

Тимка умолкла, грустно перелистывая страницы.

Ни Колька, ни Яська так и не решились нарушить тишину. А Тимка заговорила снова:

– В тысяча триста сорок восьмом году Папа Римский Климент-шестой пригласил несколько докторов для лечения поражённых «чёрной смертью» жителей Авиньона – откуда именно, неизвестно. После этого, примеру Папы стали следовать сюзерены или городские советы страдавших от чумы крупных городов, после чего чумные доктора стали неотъемлемой частью жизни Европы на многие столетия, – Тимка вздохнула и добавила уже от себя: – Их никто не заставлял. Они сами проникали в заражённые города и занимались целительством. Правда никто не знает, кем именно они были и какие цели преследовали.

– То есть, они ничего не получали взамен? – недоверчиво спросил Колька. – Это ведь безумие.

– Возможно, – согласилась Тимка. – Но ведь если не найти противоядия, участь поражённых пандемией городов рано или поздно могла настигнуть семьи самих чумных докторов. Они по любому опасались, но в первую очередь, за жизни своих близких. Ведь как бы далеко те не находились от заражённых мест, одна миллионная доля вероятности была постоянно против них. А это уже что-то.

– А эта чума, – спросил Яська, – откуда она взялась?

Тимка долго молчала.

– Её Бог ниспослал израильтянам, чтобы те могли выстоять в войне с филистимлянами. Так, впрочем, и вышло, но затем людей настигла кара. Проказа перестала служить кому бы то ни было – она принялась пожирать всех подряд, словно в попытке уничтожить всяческую жизнь!

– Лихо, – улыбнулся Колька. – Похлеще современного биологического оружия, которым пугают кого не попадя.

Тимка задумалась.

– Мне тоже так показалось. Мне не понятно другое: зачем Бог так поступил?

– А может это был вовсе и не Бог, – предположил Яська.

– Тогда кто же? – спросил Колька.

– Те, кто наблюдают.

Больше Яська ничего не сказал, он лишь подумал:

«Это и впрямь эксперимент. Они проводят опыты над телами, сознанием и душами людей! Чтобы быть как можно дольше».

21.

Никто так и не решился спросить, кого именно имел в виду Яська под теми, кто наблюдают. Наверное, из-за поселившегося в груди страха. Потому что и без того уже было не по себе – даже сверх меры! Да Яська и сам ни за что на свете не решился бы озвучить ту версию, что поселилась в его голове в связи с последними событиями. Верил ли он сам во Тьму, как в высшее естество? А во что ещё верить, если, как оказалось на деле, Она повсюду? Куда не плюнь, за что не ухватись, о чём ни подумай – на первый план неизменно выползает бездна! От неё, такое ощущение, и впрямь невозможно скрыться. По крайней мере, ему, Яське. Тьма словно и впрямь заинтересовалась его личностью – он был ей зачем-то нужен. А это пугало похлеще всего остального.

Обратный путь проделали молча. Колька правил на корме, изредка стреляя глазами по дальнему берегу. Пару раз он пробормотал, что вроде как видел в осоке Огурцова. Хотя чего ему там делать, на той стороне? Зарабатывать на очередные «люли» от папаши – только и всего. По любому, гад, не всё рассказал, теперь, вот, шпионит в придачу!

Тимка никак не реагировала на Колькину браваду – уткнулась в свою книжку, напрочь отстранившись от реальности.

Яська пару раз пытался заговорить с подружкой, но та только шикала в ответ и отворачивалась, всем своим видом демонстрируя, что Яська ей мешает. Яська всё понял без слов и отстал. Он пробрался на нос лодки и склонился к воде.

По волнам одним с ними курсом скользили беспечные водомерки. Они резко дёргались из стороны в сторону, замирали, словно прислушиваясь к водной стихии, затем снова пускались в путь. Крохотные насекомые чем-то походили на дельфинов, которые катаются на волнах, оставляемых огромными морскими судами, – Яська видел это пару раз по телевизору. Кажется, в программе Жака-Ива Кусто.

Страх сразу же немного подотстал, но лишь на какое-то время. С заросшего берега налетела стая голодных стрекоз и враз изничтожила всех водомерок. Яська пробовал отогнать хищников, однако ничего не вышло. Да и сами водомерки сглупили: бросились кучей от лодки, так что на Яськины телодвижения стрекозы просто не обратили внимания.