Шрифт:
– Чего смешного-то? Подумаешь, поколотили малость... – Он шмыгнул носом. – Знаешь, сколько их было?
Девочка прыснула в кулачёк.
– Как же не знать. Но ты всё равно молодец! Сумел за себя постоять!
Яська с неподдельным наслаждением сжал правый кулак – так этому Гуне, пускай только ещё подкатится!
– Он больше не тронет, – уверенно заявила девочка. – Никто не тронет. Таким нужно всего лишь раз дать отпор – и всё.
– А ты откуда знаешь? – недоверчиво спросил Яська.
Девочка пожала плечами.
– Я много чего знаю, только не всё могу рассказать.
– Но почему так?!
– Просто нельзя.
– А чего пришла тогда? – Яська тут же понял, что сморозил глупость – ну как, спрашивается, девочка могла попасть за закрытую дверь? Да и агрессивно как-то вышло...
«Стоп! А кто сказал, что дверь заперта? Вот ведь дурья башка!»
Девочка грустно улыбнулась.
– Заперта. И она больше не откроется. Этой ночью здание рухнет, – она грустно посмотрела на тёмную воду. – Из-за повышенной влажности.
Яська остолбенел, даже забыл задать очередной вопрос, на счёт того, как же тогда девочка тут вообще очутилась. А девочка продолжила пугать:
– Тебя так и не найдут. Точнее не найдут твоё тело. Ты не вернёшься домой и больше никогда-никогда не увидишь маму.
Яська ощутил в груди пустоту. Снова не обратил внимания на странную интонацию в голосе незнакомки.
– Но как же... Ведь так не бывает!
Девочка сделалась неимоверно серьёзной.
– Бывает, случается много чего. Например, люди летят в самолёте и размышляют о том, как проведут сегодняшний вечер. Никто из них и подумать не может, что вечера сегодня не будет. Точнее будет, но именно для них, он не настанет.
– Как это?
– Очень просто. Разве новости по телевизору не смотришь? Бац, и грозовое облако. Самолёт теряет управление... падает... все кричат от страха... И всё. Конец.
Яська чуть было не отступил в воду – вовремя опомнился!
– Но... откуда ты всё это знаешь?!
Девочка грустно улыбнулась.
– Знаю, потому что я оттуда... – И она взмахом руки указала на тёмный угол вблизи себя. – Там известно всё, но там не так-то просто быть.
– Где это – там?
Девочка качнула головкой.
– Далеко.
– А если на звездолёте?
Девочка улыбнулась.
– Не долететь. Очень далеко. Долететь можно только досюда... – Она дотронулась до звёздочки на брошке. – Но там тоже плохо. Очень плохо. Потому что всё постоянно меняется.
Яська с трудом сдерживал наскоки бесчисленных вопросов.
– А ты как же?
– Я услышала ваш разговор. С мамой. Случайно, – она потупила взор. – Я никогда не подслушиваю, не подумай чего... Просто с близкими людьми так иногда случается.
– С близкими?
Девочка вконец смутилась.
– Ну, с сыном и матерью, например. Связь настолько прочна, что преодолевает пространство. И её, эту связь, можно почувствовать на расстоянии. Далеко-далеко – даже не представить себе так просто! Не саму связь, а те эмоции, что скользят внутри неё, как радиоволны, – девочка возбуждённо выдохнула. – Вот я и услышала их. А потом пришла к тебе, чтобы поддержать. Яська, нужно выбираться. Иначе мама этого не переживёт!
– Кто ты такая?
Девочка снова отрицательно качнула головкой.
– Смотри, – она спустилась по ступенькам, скользнула мимо ошарашенного Яськи в ледяную воду и окунулась целиком.
Яська почувствовал, как всё его тело покрылось мурашками, словно в воде очутился он сам!
– Эй, ты чего?.. – только и смог выговорить он, наблюдая за неадекватным поведением странной гостьи.
Девочка поднялась над водой. Пригладила спутавшиеся волосы, поправила прилипшее к телу платье. Глянула на застывшего Яську.
– Нужно перебороть страх здесь, – она коснулась груди, – иначе ничего не выйдет. Вспомни о том, что говорила мама, – девочка развернулась и пошла к одной из стен, разгребая пред собой воду руками.
Яська смотрел на гремящие волны, не понимая, что такое вообще происходит.
Внезапно до него дошло, что пол под ногами еле заметно вздрагивает. С потолка посыпалась ледяная крошка. Угодила за шиворот. Яська встрепенулся. Огляделся вокруг. Вроде бы ничего не изменилось, вот только... Окружающее пространство наполнилось еле различимой дымкой – будто смог на рассвете нового дня, только не неподвижный, как это бывает в действительности, а клубящийся, медленно сползающий по стенам в волнующуюся воду.