– Вот тут я с вами не согласен. Пушка на броневике - явное излишество.

Меня тут же закидали примерами успешного применения пушечных броневиков и потребовали объяснить, как бы участники упомянутых боев выкрутились из положения без пушки.

– Как раз тут я не спорю, пушка на поле боя нужна.
– расслаблено откинувшись на спинку стула, принялся я рассуждать.
– Однако, пушка требует более серьезной платформы, чем колесный броневик. Он ведь, по большому счету, может применяться только на дороге или в поле не тронутом артиллерией. Ну и где вы сейчас найдете поле боя не перепаханное снарядами? Так что вопрос не в том, нужна ли пушечная техника на поле боя, нужен ли на поле боя броневик.

Зря я это сказал. Патриоты бронеавтомобильного дела восприняли мое высказывание как вызов. На меня обрушились десятки примеров боев, теорий и вопросов, что я с таким мнением делаю в школе. Я стойко выждал, пока поток иссякнет и ответил всем сразу.

– Как я уже сказал, низкая проходимость не позволяет броневикам действовать на поле боя позиционной войны. Для этого нужны другие машины способные передвигаться под огнем противника по пересеченной местности и преодолевать препятствия. Вот им-то и нужны пушки. Броневики же отличаются скоростью. Следовательно, их дело ликвидация прорывов и поддержка кавалерии в рейдах по тылам противника. Ну в общем броневик создан для маневренной войны. В позиционной он бесполезен. Хотя, конечно, мужество и смекалка наших солдат, как обычно, позволяет эффективно нарушать любые правила и даже законы физики.

– Ну спасибо тебе, Сергей, что совсем нас всех на свалку не выбросил, а машина для позиционной войны это, по-твоему, английские лохани?

– Да, хотя данная схема уйдет в прошлое вместе с окончанием этой войны. Уж больно она узкоспециализированная.

– Подожди, Сергей!
– с ироничной улыбкой прицелился в меня вилкой Гриша - ты нас с толку не собьешь! Сам сказал, что броневики необходимы для маневренных действий, а разве таким подвижным отрядам не нужна артиллерия, пусть и малокалиберная? Еще как нужна! Ведь без нее им нечем будет отбиться от броневиков противника, которые, по твоим же словам, для ликвидации прорывов идеально подходят. Следовательно, ты сам опроверг свое утверждение о бесполезности пушек на броневиках!

Окружающие радостно поддержали Гришу и весело требовали от меня ответа или капитуляции.

– Да, это так. Но!
– я сделал пазу - мелкокалиберная артиллерия малоэффективна. Следовательно, необходимы специальные мобильные артиллерийские системы. Пусть даже и колесные, но несущие полноценную пушку или гаубицу. Для броневика же идеальным будет крупнокалиберный пулемет.

– Зачем возить большой пулемет, если точно так же можно возить автоматическую пушку?
– не сдавался Гриша - вес у них будет отличаться незначительно, а польза от пушки намного больше! Тем более, что я не знаю ни одного крупнокалиберного пулемета. Кстати, какой калибр ты считаешь достаточным?

– Ну, примерно пять линий.
– я немного замялся, переводя из миллиметров в привычные здесь линии - Что же автоматических пушек, то соотношение цены к эффективности у них слишком низкое. И не надо мне рассказывать, что разговор о цене не уместен. Надо тщательно считать, что в бою окажется полезней одна дорогая пушка или три дешевых.

– Ловко, но это не отменяет того, что пулемета нужного тебе калибра не существует.

– Ну, так надо его сделать, значит. Ну, а пока его нету, придется обходиться автоматическими пушками.

Этот ответ вызвал смех и тема как-то незаметно сменилась. Вообще-то ребята были во многом правы, а я просто отстаивал необдуманную до конца мысль из чистого нежелания признавать свою ошибку. Главным же в этом споре было то, что именно он подвиг меня к мысли оставить наконец в покое калашникова и вспомнить то, что я, действительно, знал - пулемет Владимирова. Его снимать с техники никому в голову не пришло, так что покопаться в его устройстве я мог от души. Чем и пользовался. Даже пострелял один раз, добыв патроны. К счастью командование полка тогда было целиком занято Грузией и дело замяли, ограничившись нарядами и пинками, которыми нас из бардака и выгоняли.

Так что пока все наслаждались отдыхом, я засел за рисование, которое по наивности считал черчением. Вспомнить все за праздничные дни не удалось потому, что закончились они быстрее, чем все предполагали. Курс у нас итак был сокращенный и ускоренный, так что отдых начальство сочло роскошью непозволительной. В итоге работа над пулеметом затянулась и наверное бы заглохла совсем, если бы слухи о ней не дошли до начальника школы.

Он не стал меня вызывать к себе, а коварно зашел сам в момент моих творческих мучений. Удовлетворено кивнув на мое приветствие и стойку, он взял мои каракули.

– Так-так. Это, стало быть, и есть ваш знаменитый пулемет будущего?

– Никак нет, Ваше Превосходительство! Это только предварительные наброски. На полноценный проект ни времени не хватает, ни образования.

– Понятно.
– толи мне, толи своим мыслям ответил начальник.
– так... так.. ага, интересно. И чем же по вашему разумению пятилинейный пулемет лучше обычного трехлинейного, кроме того, что дороже?

– Такой пулемет будет эффективным средством борьбы с бронесилами противника, позволит вести эффективный огонь с больших дистанций, легко пробьет бруствер и другие легкие укрепления, а результаты попаданий окажут сильное психологическое влияние на солдат противника.