— Он получил такой же приказ?

— Ну да. Это вы, светлые, всех спасаете… хотя, не такая уж ты и светлая. Кто ты?

— Свет отдает мне приказы. И этого достаточно. Я все поняла. Отправляйся в ад!

С этими словами я открыла уже созданный им портал и демон пропал из этого мира. Я же обернулась к Дирку. И в глазах моих сейчас метались молнии.

— Я тебя слушаю.

— Я… я соврал. Я должен был ликвидировать… но, — голос его стал совсем перепуганным, — она такая… такая красивая… Я видел ее изображение, когда меня инструктировали.

Я откинулась на спину и захохотала, не обращая внимания на боль в срастающихся ребрах.

Пожалуй, так просто меня обманули в первый раз. Да еще кто! Мальчишка! И как я умудрилась не рассмотреть влюбленного идиота? Я-то полагала, что он начал испытывать неземные чувства к нашей подопечной уже после их знакомства, а он оказывается изначально… ой, не могу.

— Варвара… но, что же теперь делать?

— Застрелиться! Или как теперь модно говорить? Убить себя об стену? Вот, можете начинать.

— Я серьезно. Ты победила одного, но придут другие. Что мы будем тогда делать?

Я восстановила сбившееся дыхание и посмотрела на этот детский сад имени победы упорства над здравым смыслом. Смогу я их бросить? Может и смогла бы, но после того, как я услышала грозу… Вряд ли. Свет я бы могла послать куда подальше, да собственно и придется, судя по всему. Но грозу? Нет, грозу я не предам, несмотря ни на что. А если уж Перун вышел из своего обычного апатичного настроения и сподобился помочь мне, значит, Рада не должна погибнуть.

Я встала, счастливо расправив плечи, потянувшись всем телом, впервые за много веков ощущая за спиной крылья. И все кожей ощущая пришествие того, для служения которому я была создана.

— Значит так, дети мои, сейчас вы будете свидетелями чуда. Так что настройтесь.

В комнате разлился запах озона. Послышался далекий звон лезвий и раскаты грома. И из окна шагнул Перун. Мой бог и создатель.

Несколько мгновений я боролась с желанием броситься к нему в ноги и счастливо завизжать, но гордость и обиды спали с меня, словно сон и я все-таки отдалась этому порыву.

Но уронить себя в глазах детей мне так и не пришлось. Перун перехватил меня еще на подлете, поставил на ноги и обнял сам. Я замерла, не смея пошевелиться, не пытаясь дышать.

— Здравствуй, дочка.

Голос его снова был таким же, каким я его запомнила, когда он еще стоял во главе своего войска. В голосе его рокотал гром. И он ничем не напоминал тот тихий, полуслышный шелест, который я слышала, при последнем нашем общении.

Перед глазами встала картина разоренного капища и седой старик — его последний защитник, умирающий на пепелище. И его бог, с мертвым лицом стоящий рядом.

Мои пальцы до боли сжимали копье, но оно было мертво, как и капище.

— Вот все и кончилось, Магура, — сказал он тогда, и я не узнала его голоса, таким тихим и бесцветным он был, — скоро здесь будут новые боги.

— Нет! — я подаюсь вперед, но крылья не держат, больше не чувствующие грозу они мертвы, как и копье. — Нет. Мы вернемся! Все движется по кругу.

— Незачем. Люди сделали свой выбор. Здесь теперь Святая Русь. Пусть их.

— Но… куда же мы теперь пойдем?

— Мы? Никаких нас больше нет, Магура. Я ухожу в дальние леса, где нет людей. Больше нет моего войска, у меня осталась только гроза.

— Я пойду с тобой…

— Куда? Тебе не пройти небесными тропами, они ведомы только богам. Прощай. Если сможешь, живи.

Я не пошла за ним. Не стала проверять, правда ли, что не смогу пройти небесной тропой. Да и к чему. Я не богиня. Я создана, чтобы служить.

Я осталась одна. В новом и чужом для меня мире.

Даже рай, принявший было меня в свои объятия, не смог стать для меня родным. Хотя об этом как раз я совершенно не жалела. Тогда я все решила сама.

И вот он вернулся. Вернулся со своих небесных троп, и я не смогла удержать счастья. Как бы то ни было я — его создание.

— Но ты больше не принадлежишь мне, Магура. Теперь ты сама по себе.

Я отшатнулась от этих слов, словно от пощечины. Захотелось упасть на колени, просить прощения, умолять взять свои слова обратно.

Но вот тут уж я сама перекрыла истерику и только сделала пару шагов назад. О том, что я ему не нужна, я знала еще с нашей последней встречи. И знала, что ни в чем перед ним не виновата.