— Алло! Рауль! Высота примерно двести семьдесят метров над водой. Можешь снизиться еще и обойти монастырь с юга?

— Хорошо, попробую.

Звонкий щелчок и снова томительная тишина в передатчике. На этот раз голос пилота показался мне напряженным. Ребята за моей спиной застыли, словно каменные. У меня самого мурашки забегали по спине при виде того, как серебристая капля гравиплана, паря на тонких остроконечных крыльях, снизилась на полсотни метров, и полетела совсем низко над водой. Секунды ожидания тянулись томительно долго, пока гравиплан снова не стал подниматься вверх, заходя на монастырь с юга. Тонкий звенящий писк гравитатора почти тонул в шуме ветра, слетавшего с гор. Аппарат уверенно набирал высоту, и я вздохнул с облегчением. Обернулся к ребятам. Их лица были похожи на деревянные маски. Что-то случилось! Я оглянулся назад, и ноги мои подкосились.

Медленно всплыв вверх, гравиплан плавно развернулся вокруг вертикальной оси, и вдруг резко завалился на один бок. Я схватил рацию.

— Рауль! Что происходит? Рауль! Ответьте!

Но эфир предательски молчал, донося только хрипы и пощелкивания. Гравиплан тем временем на несколько секунд выровнял горизонтальную ось и снова опрокинулся на бок, быстро теряя высоту. В следующее мгновение ураганный порыв ветра со страшной силой бросил его на скалы. Ударившись о скальную стену левым бортом, аппарат камнем полетел на дно ущелья.

— Нет!!! — срывая голос, я бросился к откосу, не помня себя от отчаяния и ужаса. — Тосико!!! Прыгайте!!! Прыгайте, Тосико!!!

Беспомощный аппарат снова стукнулся о скалы, и в это мгновение раздался оглушительный взрыв, прокатившийся над ущельем тревожным рокотом. В его раскатах потонули чьи-то испуганные крики за моей спиной. Закрутившееся спиралью пламя поглотило гравиплан, волоча за собой зловещий шлейф черного едкого дыма. Горящие обломки разлетались по всему ущелью, с шумом падая в стремительную воду.

Я застыл на краю обрыва, с оборвавшимся криком на губах. Сердце упало, словно сорвалось, в груди, наполнив ее тупой болью. Горящие куски обшивки, разорванные взрывом остатки стабилизатора с гулкими всплесками все еще падали в воду, а в ушах у меня стояла звенящая тишина. Только эти всплески воды ясно доходили до сознания, словно это кровь капала из моего разорванного сердца… но самого сердца я больше не чувствовал — его, казалось, больше не было. Перед глазами стояло лицо Тосико — такое грустное и задумчивое, каким оно было в те последние минуты нашего последнего разговора. «Ведь я любила тебя, Максим! Всегда любила!.. А ты так легко послал меня на смерть!» — звучали в голове слова, так и не сказанные ею.

Дрожащими руками я закрыл лицо. Боже мой! Что же я наделал? Как же я мог? Как?!! Дрожа всем телом и почти ничего не видя перед собой, я медленно побрел прочь от обрыва. Сквозь мутную пелену перед глазами, проступали незнакомые мне, чужие лица. На какое-то мгновение всплыло и тут же растворилось испуганное женское лицо. И снова сознание мое погрузилось в серое небытие, крутясь вокруг одной единственной мысли: «Как я мог?»

Неужели все это не сон?.. Неужели все наяву?.. Нет, не может быть!.. Этого просто не может быть!..

Вдруг другая мысль ослепительной молнией обожгла мое сознание: «А ведь это они! Это из-за них погибла Тосико! Только из-за них! Если бы не они, она была бы сейчас жива… и Лам был бы жив… и Рауль!..»

Тупая, безотчетная ярость охватила меня, затопила разум мутной темной волной. Уже не думая больше ни о чем, дрожа и задыхаясь от ярости, я выхватил излучатель.

— Уничтожу! Уничтожу вас!

Я направил всю мощь боевого излучения на неприступную башню, потом еще, и еще раз.

— Максим! Опомнись! Безумец! Стой!

Кто-то подскочил ко мне, пытаясь остановить меня. Ларо и Остин схватили меня за руки, не давая стрелять. Ян Тайсон орал мне в самое ухо:

— Остановись! Что ты делаешь!

— Уничтожу! — тупо ревел я.

Кто-то из ребят навалился на меня сзади, обхватил за плечи, оттаскивая в сторону. Тупая боль в один миг обожгла весь левый бок, парализуя конечности. Перед глазами поплыли огненные круги.

— А-а!!! — бессильно закричал я от боли.

— Максим! Успокойся! Максим!

Ослепленный болью, я повис на чьих-то сильных руках. Меня заботливо уложили на землю. Кто-то терпеливо и ласково уговаривал меня, пытаясь успокоить. Но я ничего не понимал. Огненные круги перед глазами сменились багровыми, погружая меня в мрачную бездну, на дне которой горели раскаленные острые кинжалы. Потом эти кинжалы погасли, и на смену черной пустоте пришел серый туман. Я вдруг осознал, что сижу на каком-то камне, почувствовал, что рядом бегают, суетятся какие-то люди — много людей, услышал обрывки их разговоров и громкие отрывистые крики. Кто-то положил тяжелую руку мне на плечо. Я с трудом поднял голову и увидел чье-то широкое, казавшееся непомерно большим, лицо, склонившееся ко мне. Несколько секунд человек всматривался в меня, словно пытаясь понять, жив ли я. Странно, но я не знал этого человека. Кто он?.. Откуда здесь взялся?..