Рядом с Наокой стоял высокий широкоплечий брюнет с проседью в волосах, на вид, лет пятидесяти. Около него я заметил коренастого, темноволосого человека, лица которого я не видел - он отвернулся, как только мы появились на лестнице. Поэтому мое внимание сосредоточилось на широкоплечем брюнете. Чем-то он напоминал мне самого Наоку - такой же представительный, самоуверенный и даже элегантный. Лицо его можно было бы назвать приятным, если бы не большой шрам - от виска до подбородка - портивший все впечатление.

– А, вот и наш гость! Господин Маро!
– радостно, как старого друга, приветствовал меня Наока.
– Друзья! Прошу любить и жаловать: новый друг моей дочери! Смотрите, какая они замечательная пара!

Викки бросила на меня быстрый взгляд, и я прочел в ее глазах растерянность. Действительно, Наока вел себя, по меньшей мере, странно. Я пристально посмотрел ему в глаза. И тут, стоявший к нам спиной, человек повернулся, и я понял, что меня так беспокоило все это время. Это был Ен Шао!

Внутри у меня все оборвалось. Да, это был именно Ен Шао - начальник одного из отделов ОЗАР, ярый поборник революции и непримиримый борец с ее врагами. И он приветливо улыбался мне, как будто мы расстались всего час назад в его кабинете.

– Привет, Максим!
– протянул он мне руку.
– А мы уже заждались тебя!

В горле у меня стоял противный колючий ком, мешавший говорить. Я заметил, как Викки недоуменно посмотрела сначала на меня, затем на Ена, продолжавшего нагло улыбаться. Откашлявшись, я с трудом произнес хриплым голосом, обращаясь к нему:

– Ен?.. Что ты здесь делаешь?!

– Я?
– казалось, он искренне удивился моему вопросу.
– Странно слышать от тебя подобные вещи, Максим! Где же твоя хваленая проницательность?
– Он повернулся к остальным, словно призывая их поддержать его. Затем снова посмотрел на меня.
– Я здесь среди своих друзей, дорогой мой!

На губах его появилась отвратительная усмешка.

– А с господином Наокой у нас давно сложились тесные отношения. Разве ты еще не догадался об этом?

В голове моей роем проносились события последних месяцев, складывались в последовательную цепочку, приведшую меня, в конце концов, в этот дом - в ловушку, в западню, догадаться о которой мне следовало гораздо раньше, прежде чем я сделал свой последний шаг в пропасть.

– Ну, вижу, ты все понял, - с удовлетворением отметил Ен, внимательно следивший за выражением моего лица.
– А вы, моя милая, - обратился он к Викки, и улыбка его стала еще более слащавой и отвратительной, - не держите его так крепко за руку, словно вы уже помолвлены! У нашего с вами знакомого есть законная жена, которую он очень любит. Не правда ли, Максим? Наверное, ты соскучился по ней? Вот я и решил сделать тебе приятный сюрприз!

Сердце мое похолодело, но не от его ледяного взгляда, а от сознания еще более ужасной ошибки, допущенной мною. Юли в его руках!

Ен повернулся к двери, скрытой в глубине зала, и театрально хлопнул в ладоши. Двое охранников, стоявших там, послушно метнулись в темноту за дверью. Медленно, словно все это было во сне, из темного дверного проема появилась Юли, щурясь на ярком свету. Охранники неотступно следовали за ней. Сердце мое всколыхнулось радостью и загорелось ненавистью ко всем собравшимся здесь. Темная волна побежала от груди к голове, туманя взор. Кулаки мои сжались сами собой, и, не думая больше ни о чем, я развернулся и хлестко ударил стоявшего рядом, и нагло ухмылявшегося Ена в челюсть. Он отлетел на несколько шагов, не удержавшись на ногах и упал на руки своих дружков. Голова его безвольно упала на грудь.

Жестокое желание добить врага толкнуло меня вперед. Ударом в грудь я свалил на пол подскочившего сбоку охранника, и был уже близок к цели, когда предательский удар сзади в голову оглушил меня. Падая, я увидел толстяка, довольно ухмылявшегося и потиравшего ушибленную руку. И тут же несколько тяжелых ног разом опустились на мою грудь. Дыхание мое оборвалось. Легкие, словно залило расплавленным свинцом.

– Максим!!!

Юли вырвалась из рук охранников и бросилась ко мне. Ее тут же сбили с ног, грубо схватив за волосы, оттащили в сторону. Я рванулся ей на помощь, свалив еще одного бритоголового, но тут же получил удар ногой в лицо. Бил очнувшийся Ен. Впервые я видел его в ярости. В исступлении, он стал избивать меня ногами. Я пытался защищаться, но нападавших было слишком много. Сознание мое медленно угасало. Юли снова с криком рванулась ко мне, но ее держали крепко. И тут я увидел в руках Ена оружие. Злобно оскалившись и сплевывая сочившуюся изо рта кровь, он повернулся ко мне.

– Что?! Ты хочешь ее спасти?! Ты любишь ее?!
– в глазах его полыхал дьявольский огонь.
– Ну, так получи ее!

Гулко и тревожно громыхнул выстрел. Из последних сил я рванулся из рук державших меня бандитов, встав на колени, и увидел сквозь кровавую пелену, как Юли, словно скошенный цветок, падает на каменный пол.

– Нет!!!

Рука Ена, державшая пистолет, повернулась ко мне. Широкое хищное дуло уставилось мне в грудь, и второй выстрел заглушил мой крик. Я почувствовал, как мощная волна бросает меня на пол, но уже не увидел, как обступили меня стоявшие вокруг люди, не услышал их голосов, одобрительно обсуждавших мою смерть, не увидел, как Наока дружески похлопывает Ена по плечу - все это застлала тупая обжигающая боль, свинцовым огнем разорвавшая грудь. Какая-то неведомая сила подхватила меня, словно пушинку, и понесла в черную бездонную пропасть, закручивая в бесконечном водовороте, оторвав от моего искалеченного тела...