Неужели Нельсон и Киблз перед смертью создали наноробота, ставшего квинтэссенцией их личностей?

Обладает ли робот их чутьем, их взглядами, их чувствами?

Способен ли он вообще чувствовать, или это только программа, построенная на их верованиях и распоряжениях?

Что двигало Джимом?

Продолжают ли создатели жить в Джиме?

Будут ли они жить в Джиме вечно?

Зачем им понадобилось убивать себя?

Живое ли существо Джим? Может, это новый вид, созданный ими и для них?

Возможна ли жизнь для ПВП после того, как их кадавры умирают? Может, это новая жизнь после жизни?

Может ли он сделать то же самое — продолжать вечную сознательную жизнь в Сети?

Микоян печально улыбнулся. На такие вопросы быстро ответов не найти.

Первые ответы уже начали появляться на мониторе.

Энди Уайтхорн — беглянка, которую разыскивают по обвинению в убийстве. Ничего удивительного, что она стала ПВП.

Интересно, в курсе ли Конор?

Товарищ! Микоян улыбнулся; Конор так всегда его называл.

Компьютеры продолжали рыться в самых укромных уголках жизни всех потенциальных подозреваемых и свидетелей. Подумав, Микоян включил в список еще одно имя: Конор Смит.

«Телефонный узел»

«Дворец головоломок»

Шоссе Балтимор-Вашингтон

Второй мир

Реальное время: 11 часов 12 минут после контрольной точки

Конор Смит оказался еще в одном списке.

Суилкин вызвал к себе в кабинет своего помощника Тиррела.

— Невероятно, — говорил Суилкин. — Как будто ничего и не было!

— Нам остается лишь вернуться назад, — ответил Тиррел. — И поискать следы в прошлом.

— Почему он вдруг пошел на попятный? Вряд ли похититель вдруг взял и просто оробел. Ведь у него на руках были все козыри!

— А если мы подобрались слишком близко, хотя сами того не поняли?

Суилкин решительно покачал головой:

— Нет. Он всегда полностью контролировал ситуацию. Показания президента подтверждают это.

— У нас есть полный список людей, обладающих кодами доступа или смарт-картами, дающими пропуск в «Темные зоны».

— Смит в списке есть?

— Нет. Во всяком случае, нам об этом не известно. Кстати, главными разработчиками системы были Джим Нельсон и Майк Киблз.

— И?..

— Их смарт-карты, за номерами семь и восемь, в партии, выпущенной для Белого дома, назад не возвращались.

— Сколько всего выпустили таких карт?

— В США — около тридцати. Десять для Белого дома, шесть — для ЦРУ и четыре — для ФБР. Остальные раздали индивидуальным подрядчикам, которые помогали осваивать «Изумрудный город», но все они были запрограммированы на определенный период времени и уже много лет как устарели. — Тиррел просмотрел груду принесенных с собой документов, вынул один и протянул шефу: — Вот полный список держателей смарт-карт. Карты строго индивидуальны; кроме владельца, никто не может ими воспользоваться. Любые изменения должны быть зарегистрированы в Центре выпуска карт в Лэнгли. Они подпадают под резолюцию ООН о правилах существования в Виртуале и снабжены надежной защитой.

— А карты, выпущенные за пределами США?

— Обладают ограниченным доступом, с временными кодами. Технология наша, и мы всегда контролировали ее с определенной защитой ООН. Лицензии, выдаваемые подрядчикам или правительству другой страны, строго контролируются. По ним возможен лишь проход на те участки «Темных зон», которые они собираются осваивать. Страны Запада и наши союзники, в частности британцы, разрабатывают собственную технологию, и мы с ними кое-чем делимся, но лишь при том условии, что контрольный пакет акций принадлежит нам. Они все понимают: в конце концов, мы все защищаем себя.

— Я заметил, — Суилкин поднял повыше лист бумаги, который передал ему Тиррел, — что у корпорации «Тема» две карты доступа.

— На самом деле их больше. У председателя совета директоров, Дома Мэрфи, тоже имеется смарт-карта. Еще один пережиток прошлого.

— Смит тоже работает на «Тему».

— Такие карты рассчитаны только на одного владельца. Они заточены под определенный код ДНК и приводятся в действие прикосновением ладони. Реагируют на химический состав пота и отпечатки кожи. Если даже посторонний завладеет такой картой, она у него работать не будет.

Суилкин вздохнул:

— Не знаю, что и думать о Смите. Он — очевидный подозреваемый номер один. Первым напал на след, причем гораздо раньше нас. Похититель подписался его ником Кондор. Почему? Это так очевидно, так намеренно сбивает нас со следа! «Я вирус — мастер Паутины». Мастер? Мастер игры? Вот еще одна логическая цепочка. Все указывает на него, но все как-то слишком уж просто. Или он просто хочет, чтобы мы на него подумали? Никто не ожидает, что он подбросит нам такие простые ключи.