Захлебываясь кашлем, Ральдерик выскочил в соседнее помещение и прислонился к стене.

— Неженка! — из клубов черного дыма вышла Эрлада.

— Нельзя ли их сжигать так, чтоб эти трупы мгновенно испепелялись, а не воняли? — поинтересовался юноша.

Запах горелой протухшей плоти вышибал слезы из глаз. Меч вельможи был заляпан бурой слизью: зомби отказывались мирно сгорать, а продолжали шастать по комнате, так и норовя добраться до живых и напрашиваясь на расчленение.

— Я поработаю над этим, — заверила его девушка, оборачиваясь назад.

За ее спиной полыхало пламя, изредка являя пытавшиеся выбраться фигуры, которых с каждой секундой становилось всё меньше.

— Чем мне теперь меч отчищать?! — герцог с омерзением посмотрел на любимое оружие, покрытое гниющими кровью и мягкими тканями.

— Не торопись пока, — нахмурилась волшебница. — Я бы на твоем месте не рассчитывала, что эти тут единственные.

Юноша слегка застонал при мысли, что Эрлада права.

— Да сколько ж их здесь?!

— Судя по всему, много, — вздохнула девушка. — Это место, наверное, кишит всякими тварями.

— Надеюсь, у остальных всё будет хорошо, — подумал о потерявшихся товарищах гендевец. — В отличие от нас, у них почти нет шансов.

Гудрон зевнул. Филара шла впереди, неизвестно чем руководствуясь при выборе пути. Какие-то повороты она пропускала, куда-то сворачивала. Он послушно следовал за ней — просто не видел смысла поступать иначе. В отличие от нее он не был настолько уверен в велении своего сердца, чтоб решать, куда идти. Не происходило ровным счетом ничего. Один раз им показалось, что из соседнего прохода доносились шаги. Они радостно туда кинулись в надежде найти потерянных спутников, но там никого не оказалось, и юноша с девушкой разочарованно пошли дальше. А небольшой отряд очередных зомби, с которым они разминулись буквально на полминуты, уплелся в противоположном направлении.

— Сколько мы уже идем? — поинтересовался кузнец, разглядывая потолок, ставший заметно выше с тех пор, как они ступили в этот проход.

— Не знаю, — Филара проигнорировала очередной поворот. Уже полчаса как она проходила мимо всех боковых коридоров.

— Ты заметила? Стало просторней.

— Да.

— И темней.

— Я знаю.

— И воздух какой-то более спертый.

— Ага. Думаю, мы опускаемся глубже, — волшебница снизошла до более развернутого ответа.

— И это нас устраивает? — с сомнением поинтересовался юноша. — Мне кажется, выход был бы где-нибудь повыше. Ближе к поверхности.

— Я думаю, мы приближаемся к основным помещениям подземелья, — Филара резко свернула направо. — Неужели тебе не интересно, где мы оказались?

— Я предпочел бы об этом думать, находясь снаружи, — буркнул кузнец.

Он уже понял, что будет дальше. Вытащить подругу на поверхность, пока она не удовлетворит свое любопытство, будет практически нереально. Это можно было сделать раньше, когда они блуждали по узким извилистым второстепенным коридорам. Но не на подходе к главному залу. К тому же он банально не помнил, как они сюда шли. Зато успел немного поверить, что Филара действительно знает, что делает.

Ральдерик с Эрладой, основательно потрепанные и запыхавшиеся, бежали по коридору. За их спинами с потолка падали утыканные шипами плиты.

— Осторожней! — крикнул юноша, хватая девушку за воротник и дергая назад, когда та чуть не шагнула в незамеченный ей внезапно открывшийся люк.

— Спасибо, — волшебница вздрогнула и вцепилась в руку спутника, глядя, как мелкие камушки из-под ее ног проваливаются в темноту.

Герцог обернулся, увидел, что висящая над ними ловушка вот-вот последует примеру своих товарок, и растерялся.

— Хватит ворон считать! — услышал он гневный окрик.

Спутница уже находилась на другой стороне ямы. Гендевец прыгнул вперед. За его спиной с грохотом обрушилась тяжелая плита, окатив юношу каменным крошевом. Дворянин приземлился на самом краю люка, потерял равновесие и начал крениться назад, беспомощно размахивая руками. Эрлада схватила его за запястье и резко дернула на себя. От падения на неизвестно какую глубину Ральдерик спасся, зато споткнулся и шлепнулся на каменный пол под ноги девушке.

— Че-е-ерт, — устало протянул он, медленно поднимаясь. — Когда ж это всё закончится-то?!

— Хватит ныть! Ты слышишь?

Вельможа с тоской оглядел лохмотья, в которые превратилась его одежда. Потом понял, что последний вопрос волшебницы относился не к нытью, а к чему-то другому.

— Что это? — недоуменно огляделся юноша. — Что за гул?

— Та-а-ак… Уходим! Мне это не нравится…

Не успела Эрлада договорить, как кусок стены отъехал в сторону, и путников смыл мощный поток воды.