Она допивала уже двадцатую за ночь чашку кофе. Ольга плеснула и себе ароматного напитка и села рядом.

— Я вчера была там, — сказала она. — Можно подумать — это сборище придурков. Битый час толковали мне о благородстве, твердили, что мы мол, не Пустошь, нас не запугаешь, хотя я даже не пыталась. А ещё я отпустила Риса.

Лелана не сразу поняла, что монотонно в такт рассказу сказала подруга.

— Ну, отпустила и хорошо. Как отпустила? Оля, зачем?!

— Лела, прошу не спрашивать, просто поверь мне.

— Да он же начнет на меня охоту.

— Не волнуйся, он сейчас сам, ни в одном домене его не примут. Так что думать ему надо прежде всего о том, как выжить.

— Да, действительно, сейчас есть проблемы и поважнее.

Девушки задумались над выходом из сложной ситуации, в которой оказались, но решения не было. Лелана получила взбучку от подруги за поведение в Речном. Но откуда же ей было знать, что не стоило так легко соглашаться на любое предложение Бранда. Бранд не был чужим, его прикосновения волновали и, если бы он довел всё до конца, то ему бы пришлось просить прощение за свое грубое поведение и оскорбительные слова. Но, к сожалению, вышло по-другому, поэтому война казалась неизбежной, как и поражение.

— Собирать совет с "королевским двором"? — как бы сама у себя спросила Лелана.

— Не спеши… Я сама пойду в Речной. И думаю смогу тебе выбить отсрочку.

— У Бранда?! Ты так хорошо его знаешь?

Ольга скривилась.

— Даже больше чем мне бы хотелось, — недовольно ответила она.

Великий Страг, не говорить же ей, что Бранд довлеет над ней во всем, не объяснять же ей устройство их мира… того мира в "царстве теней". Страшный кошмар, который ей не забыть никакими усилиями. Пусть проклятие с неё снято, но это не меняет ничего в её прошлом. И ей придется встретиться со своим прошедшим лицом к лицу ещё раз.

— Оль, не хочешь объяснить?

Ольга встала и отошла к окну.

— Не сейчас. Скажу только, что можешь не ревновать. С Брандом у меня нет никакого желания иметь хоть какие-то отношения. Я надеюсь, ты поспишь, пока меня не будет.

Она сбежала от разговора. И даже не стеснялась в этом признаться. Никому и никогда она не расскажет всей истории её отношений с Брандом и… Сирилом. По крайней мере, всей истории.

В замке до неприличия тихо. Даже как-то странно уже не наблюдать в зале привычной пьянки. Все-таки Рис специально все это устраивал, а после его ареста войско притихло. Ольга хмыкнула, в который раз убеждалась, что без сильнейшего остальным стадом управлять легко.

По порталам она добралась до Речного. Её целью не был дворец "серебряных ключей". Встречаться с Брандом она собиралась в последнюю очередь. К магистру Речного она не пойдет ни в коем случае. В Бездну его… она до сих пор зла на него за тот случай. Но сил войти во дворец Сирила не было. До сих пор перед глазами его осуждающий, разочарованный взгляд. И боль… когда звенящими осколками разлетается сердце и последний смысл жизни утерян. Но Лелане нужна помощь и, Великий Страг, она войдет даже в Бездну, чтобы помочь ей, чтобы чувствовать, что до сих пор кому-то нужна.

Ольга все-таки направилась к входу во дворец, но путь ей загородили стражи.

— Рос, что за шутки? — обратилась она к одному из стражей.

Всех вассалов Сирила знала поименно. Когда-то её без разговоров пускали сюда.

— Бранд запретил тебя пускать, — виновато ответил парень.

— Он сейчас здесь?

— Нет, но…

— Если нет, то твой прямой сюзерен Сирил. Пропусти меня.

— Знаешь, дорогуша, у меня нет желания получать потом от Бранда.

— Он не узнает, — фыркнула Ольга.

— Плохой аргумент…

— У меня дело к Сирилу… Де-ло!

— Нет… прости, но у меня приказ.

— Пропусти её…

Ольга задрожала от его знакомого, но такого сейчас холодного голоса. Даже голову боялась поднять, чтобы не разрыдаться тут же от упрека во взгляде. Хотя быть может ему уже все равно.

Её пропустили. Ольга несмело вошла в пустынный в такое время суток зал. Сирил стоял в двух шагах от входа. Она глубоко вдохнула и взглянула на него. Ничего… пустота во взгляде. Ольге захотелось рыдать от понимания его безразличия. Она закрыла глаза и мысленно посчитала до десяти.

— Привет, — выдавила она.

— Какое у тебя ко мне дело? — без церемоний спросил Сирил.

— Не здесь.

Она всеми силами пыталась перейти на официальный тон, но так хотелось коснуться рукой его лица, узнать каждую черточку, вспомнить. Но Сирил теперь её табу… Которое уже по счету? Ольга сбилась за столько лет. Сирил — единственный, кого она любила за всю свою жизнь, пусть Бранд и считает по-другому. Откуда ему-то знать, что твориться в её душе, когда Ри смотрит на неё, когда улыбается. Слышал ли Бранд когда-нибудь, как поет её усталая душа, отвечая на голос любимого. Нет, Бранд судит только по внешней стороне… О, как же она сейчас ненавидела своего короля за ту боль, которую он принес им год назад.