– Куинн сказал тебе? – растерялась она. – Куинн…

– Сказал мне, что ты умерла. Мне тоже хотелось умереть.

– Но… он говорил, что ты хотел попрощаться. Он сказал, что ты живешь у Клодии. Передал мне денег от тебя и сказал, что я должна уехать!

Риордан застонал и крепко притянул ее к себе.

– Все это ложь. О Господи, я же думал, что ты умерла! Продолжая удерживать ее, он просунул руку между их телами и прижал ладонь к ее сердцу. Оно неслось вскачь, обгоняя мысли.

– Филипп, – всхлипнула она, – значит, это все не правда? И мы на самом деле женаты?

Он поцеловал ее там, где только что была его ладонь, потом поднял голову. Ему не было нужды отвечать, она увидела правду, сияющую в его глазах.

– Дорогой мой… любимый… Прости меня, я должна была тебе верить.

Риордан осторожно коснулся пальцами ее губ, заставив их раскрыться, и поцеловал ее. Теперь уже ее дрожь передалась и ему. Он обхватил ее груди, все время ощущая на губах ее колеблющееся дыхание.

– Да, ты должна была мне верить, – прошептал он, глядя, как темнеют ее глаза при каждом новом поцелуе. Пальцы Кассандры крепко впились ему в плечи.

– Но он показал мне твое письмо! – воскликнула она, вдруг опомнившись. – Ты назвал Клодию своей «обожаемой» и подписался «с любовью». И ты поехал к ней!

Она оттолкнула его:

– Разве не так?

Он вздохнул:

– Да, но…

Неожиданно Кассандра прижала пальцы к его губам.

– Мне все равно. Ничего не говори. Это не имеет значения. Главное, что ты меня любишь.

Уголки его рта дрогнули в веселой улыбке. Интересно, надолго ли хватит ее великодушия?

– Я непременно все тебе объясню; мне очень важно, чтобы ты все поняла. Но только не сейчас. Сейчас я хочу обнять тебя.

Они прижались друг к другу, обмениваясь тихими ласками. Их вздохи смешивались, и они прислушивались к ним, как к чуду. Кассандра коснулась губами его лба и закрыла глаза. Риордан покрывал ее шею поцелуями, отодвигая в сторону волосы и широко открывая рот, словно хотел проглотить ее целиком. Потом он попросил:

– А не могли бы мы лечь, милая? Я уже целую неделю не сидел так долго.

– О!

Она чуть не отпрыгнула в сторону.

– Ты тяжело ранен, Филипп? Я думала, это ты умер, пока Куинн мне не сказал. Я видела, как ты упал, и потом…

Она не могла продолжать.

– Нет-нет, – заверил Риордан, взяв ее за руку, – просто я потерял много крови. Доктор сказал, что Уэйд впопыхах, должно быть, плохо зарядил пистолет.

Он взмахнул рукой, резко меняя тему разговора.

– А ты не хочешь лечь вместе со мной? Ты ведь тоже больна!

Представив себе, как они вдвоем будут выздоравливать, лежа бок о бок в своей большой постели, Риордан радостно усмехнулся.

– Только сначала сними платье, Касс, а то тебе… будет слишком жарко.

– Ты безбожный соблазнитель! У тебя нет ни капли совести.

Кассандра не удержалась от улыбки, хотя на щеках у нее все еще блестели слезы. Подоткнув одеяло с его стороны постели, она выпрямилась и бросила на него грозный взгляд.

– Если я разденусь, ты обещаешь вести себя хорошо?

– Нет, – живо отозвался Риордан. – Но поскольку я почти не могу двигаться, тебе ничто не угрожает. Увы, увы!

Еще немного поколебавшись, Кассандра начала раздеваться. Под его горящим взглядом она покраснела, как маков цвет, а когда дошла до сорочки, окончательно лишилась присутствия духа.

– Давай дальше, – хрипло сказал Риордан. – Не останавливайся на самом интересном месте.

Его глаза искрились весельем, но в голосе прозвучала мольба. Кассандра взглянула на него. Ее губы были полуоткрыты, она краснела и бледнела при каждом вздохе. Наконец она стянула сорочку через голову, стремительно обежала вокруг кровати и забралась в постель со своей стороны, натянув одеяло до самого подбородка. Риордан увидел лишь что-то белое, мелькнувшее, как молния. Он обнял ее и притянул к себе.

– Что это было? Ты или все-таки привидение?

Кассандра засмеялась, придвигаясь ближе.

– Я так счастлива, – прошептала она дрожащим голосом.

Положив руку ему на грудь, она почувствовала сильное биение его пульса. Хотя, возможно, это был ее собственный. Это не имело значения. Порывистый ветер сотрясал оконные рамы, возвещая скорое наступление зимы. Кассандра всегда терпеть не могла зиму, но сейчас радовалась ее приходу. Как чудесно быть рядом с Филиппом, когда на улице холодно, сыро, когда идет дождь, снег, буран… или когда тепло, жарко, душно, дышать нечем… Она задрожала, предвкушая сразу все, что ждало их впереди.