– Надеюсь, не считаете, что я здесь по заданию нашего ведомства?
– Пал Палыч внимательно посмотрел на БД и раскурил наконец влажную сигару, едкий дым которой приглушил тошнотный запах чердака.

– Why on earth? It's not worth taking the trouble..., - задумчиво ответил БД, глядя на разбредавшуюся публику.

Сразу после Рождества знаковый чердак гудел. Вечеринка продолжалась несколько часов и alley-apples - авторы идеи подарка и ее исполнители давно спали, уткнувшись носами в стол, сломленные "Бурбоном". Однако коллеги с окрестных чердаков подходили и подходили, и большинство - не с пустыми руками. Кроме девок, они несли курево, легкие наркотики, дешевую выпивку и такую же еду в целофановых пакетах.

Командовал the vanity fair Пал Палыч. Сидя в кресле БД, он принимал подношения, сортировал прибывающую публику и исхитрялся поддерживать порядок, если можно говорить о порядке в чердачных помещениях старинного дома, год назад выставленного на продажу и замотанного с фасада зеленой сеткой, чтобы уберечь прохожих от падающих плиток облицовки.

Утолив алкогольный голод и наскоро перекусив привычным микстом из целофановых мешков, прибывающая публика, игнорируя деликатесы, в изобилии расставленные на командирском столе, по команде Пал Палыча, подходила к БД, чтобы поздравить с подарком, о котором знала вся Рига, и затем растворялась с подружками в закраинах чердачного пространства, спеша поскорее заняться свальным грехом, поскольку девок, как всегда, не хватало. Возраст партнерш не играл существенной роли... БД давно догадался, что коллективный секс не только повышает либидо участников, но резко увеличивает потенцию, потому как подобная группа - не просто объединение людей, занятых общим делом, но эротический монстр с огромным сексуальным потенциалом, который циркулирует между партнерами, поддерживая эрекцию.

Марфа сидела с прямой спиной подле БД, в одном из его шейных платков, прикрывающим щеку с темно-красной сырой котлетой, и молча наблюдала. По тому, как раскраснелось ее лицо, как широко и часто раздувались ноздри вздернутого носа, БД понял, что она сильно возбуждена и что ее гормоны давно бушуют в крови и скоро погонят ее в один из темных чердачных закутов, куда она потянет за собой БД, крепко вцепившись пальцами в край замшевой куртки...

– Давайте выпьем, господа!
– невнятно произнес Нилс.
– И пусть эта эпатажная гулянка запомнится нам своим шиком и блеском!

– И с-следующая тоже, - добавил БД, косясь на пьяного художника.

Take her, BD! Let us be candid: it will be late in ten minutes, сказал Пал Палыч, глядя на Марфу.

– Love is like the mercury: you may hold it in the open palm but never in the clenched fist... Moreover, where, pal? What a load of rubbish. Put that stupid idea out of your head. It's ridiculous. I doubt if I can in such concourse...

"Сейчас за меня примется праведник Нилс, склоняя к публичному сексу с монашкой", - успел подумать БД и увидел двух грузин с усами, носами, дорогими дублеными шубами желтой кожи и огромными, всегда вызывающими улыбку, фуражками, на пошиве которых специализировались десятки тбилисских ателье. Грузины стояли особняком, перешептывались и поглядывали на Марфу.

– Do you happen to know who are those Georgian guys?
– БД склонился к уху Пал Палыча, кивнув на грузин, и почувствовал надвигающуюся опасность.

– It feels like they are the fruit-sellers at the Central market, сказал Пал Палыч.
– Don't waste time to maintain friendly relation with them... They won't stay too long there I think, - и отвернулся к подошедшему бродяге с гитарой.

Между тем тревога вперемежку со страхом придавливала БД, как каток, что раскатывает горячий асфальт... В привычные серо-голубые цвета нынешней бездомной жизни стал настойчиво пробиваться фиолетовый цвет опасности. Он оглянулся по сторонам, словно угроза успела реализоваться зримо, но ничего не увидел. Чердачная публика привычно гуляла, как гуляет любая вечеринка, независимо от статуса и финансового положения приглашенных.

– To tell the truth I believe that the Houston cardio-surgeon parties, the diplomatic or business parties as well as the today's carousal of tramps are the same thing that sound good.
– Пьяный БД погладил, лежащий на коленях COMPAQ, поборол страх, встал и направился к грузинам, улыбаясь и протягивая руки:

– Гамарджоба, б-бичебо! Картвели хар? Ме т-тбилисели вар... был когда-то, - добавил он, не находя нужных грузинских слов.
– Здравствуйте, джентльмены. Я т-тоже когда-то жил в Тбилиси...

– Ми из Сагареджо... Кахетиа, - гортанно произнес один из них.

– Господи!
– воскликнул БД.
– Я бывал там т-тыщу раз. Мой аспирант Ираклий Склифасовский оттуда. Ч-черт! Забыл его настоящую фамилию... Но вы д-должны знать их с-семью, мальчики, - суетился БД, чувствуя, как страх начал выжимать пот из грязного тела, ставшего холодным и липким...
– Его отец один из н-начальников на в-винодельческом заводе...

Грузины, невозмутимо наблюдавшие за мельтешением БД, заулыбались.

– Ме вицы Иракли да Иракли мама, батоно - сказал по-грузински один из парней.
– Ми знаим Иракли и иво атца...

– Сычас иво атэц - дыректар на винзавод!
– гордо добавил второй и продолжил, стараясь обнять БД за плечи:

– Ми тожэ знаком вас, батоно Бориа! Рогора хар, генацвале?

– Ме к-каргата вар. Что привело вас в Ригу, джентльмены?

– Ми хочым начат бизнес здэс Рига, батоно Бориа.
– Тот, что повыше и постарше, помолчал, разглядывая БД. Другой отошел к главному столу.