– Кажется, протестантка. Но ведь это не имеет значения, правда?

– Думаю, что по большому счету, действительно, все равно. Ведь люди братья, и если существует единый Творец, то и вера одна.

– Правильно, Кристос... Крис, не двигайся и смотри на флагшток!
– Вита застыла на коленях, глядя на нос яхты.
– Ты чувствуешь, чувствуешь?

– Конечно. Мы уже давно летим, малышка.
– Флавин осторожно обнял прильнувшую к нему Виту.
– Я видел это всегда - летучий корабль, а на нем двое. Мой первый большой иллюзион поднял в воздух яхту на набережной Майями. Это было давно, твоя подружка Николь ещё строила в приюте песочные замки. А до этого Верзила Флави изо всех сил старался стать магом и для того, чтобы хотя бы в мечтах научиться летать, повесил над своей кроватью картинку с парящим в воздухе парусником.

– Не понимаю, Крис, не понимаю... Почему Николь выбрала для себя ту же? Может быть, она чувствовала, что они встретятся?

– Кажется, мне пора завести мотор, наш дрейф затянулся.
– Осторожно отстранив Виту, Крис поднялся и протянул ей руку.
– Ты спустишься в каюту?

– Я хочу встретить рассвет здесь.

– Сейчас притащу тебе шезлонг и какое-нибудь одеяло. Утром будет прохладно. Смотри, восток уже посветлел.

– Крис, не уходи, - попросила устроившаяся в кресле Вита.
– Расскажи ещё что-нибудь про Верзилу. Мне интересно слушать о нем.

– Знаешь, что делал этот придурок с хорошенькими девочками? Он вовсе не замечал их.
– Небрежно насвистывая, Флавин скрылся в рубке.

Маленький островок висел над водой в сиреневой утренней дымке.

– Вита, иди сюда!
– Позвал Флавин.
– Ты не дождалась всего пару часов. Смотри, мы уже приехали.

Она поднялась на палубу, сонная, нежная, кутаясь в накинутый на плечи плед, и замерла, прильнув к поручням.

– Какое великолепие! Гигантская корзина цветов на зеркальной воде. Крис, я чувствую запах меда... Но ведь сейчас декабрь... Не может быть!.. Что это?
– Она удивленно всметривалась в приближающийся кусочек суши.

– Сими - действительно крошечный тюльпановый рай. Никто не знает, чья воля здесь установила собственный микроклимат - апостол ли Павел, побывавший здесь в 51 году, или Михаил Архангел, покровитель острова. Ученые подозревают, что почва нагревается за счет подземного источника тепла - возможно, под Сими притаился будущий вулкан. Но пока он цветет и благоухает всю зиму, подобно огромной природной оранжерее. Оливковые деревья и десятки сортов луковичных, под названием алисмены, анемоны, камассии, колхикумы, сциллы... Они постоянно цветут, сменяя друг друга.

– Обожаю эти цветы, и здесь их целые поля!

– Кажется, поднялись лиловые сциллы и колокольчики, бело-сиреневые колхикумы, название которых произошло от слова Колхида. Самые нежные, самые отважные - и все для тебя.
– Флавин вел яхту вокруг острова, отыскивая бухту.

Возле небольшого причала покачивался катер и пара лодок. Белеющая среди олив крутая лстница вела к вершине холма, где возвышались какие-то развалины.

– Сейчас сезон дождей, туристов здесь днем с огнем не сыщишь. Но мы прибыли не на экскурсию. мы приехали в гости.

– Крис, я не спрашиваю, кто звал нас, не сомневаюсь, - хозяин этого тюльпанного рая. Но где дожди.

– Дождь будет к вечеру.
– Ноздри Флавина затрепетали.
– И очень сильный. Чувствуешь запах талого снега?

– Это аромат колхикумов. Они даже в сентябре пахнут весной. Мы возьмем на берег вещи? Ах, да мне ещё надо одется.

– Послушай, я пришвартуюсь и поднимусь наверх, разузнаю, как там дела. Ведь они не держат телефона. А потом приду за тобой. С цветами и песнями. Хорошо, девочка?

Вита согласно кивнула и Флавин одобрительно подмигнул ей сразу двумя глазами, как делал на сцене, когда хотел одобрить партнера. Яхта почти вплотную подошла к деревянному настилу.

– Держи.
– Флавин дал Вите швартовочный канат, перемахнул через полутораметровое расстояние на причал и скомандовал.
– Бросай!
– Надежно закрепив конец к толстой свае, он критически оценил ситуацию.
– Надеюсь, тебя не украдут местные божества. Но если сильно соскучишься или что-то не понравится - стреляй из ракетницы.

– Крис, возьми меня с собой...
– Одиноко стоящая на палубе Вита выглядела потерянной. Ветер трепал её волосы, в глазах застыла мольба.

Флавин вспомнил, как сирота Николь молила Бога, чтобы он послал ей человека - сильного, храброго, сумеющего спрятать от невзгод маленькую девочку. ей так не хватало отца. А Верзила Флави боялся Сократа, думая, что он стыдится нелепого сына.

– Не грусти, мне надо подняться туда одному.
– Крис беззаботно отсалютовал взмахом руки, но Вита почувствовала тревогу - в напряженных мышцах спины, повороте головы, в глазах.