стало все равно, что со мной происходит...

– Ах, вот оно что...

– Тебе безразлично, с кем делать деньги. Ты и Березина присмотрел, чтобы избавиться от меня без особого для себя ущерба...

– Я не собираюсь от тебя избавляться!
– воскликнул Андрей, всплеснув руками.
– Ты стал мнительным, Марьян, как старуха!

– Нет, просто чувствую, что тебе больше неинтересно работать в паре со мной, - постарался улыбнуться Марьян.
– Досадно.

Это Марьян мягко сказал. Ему было не только досадно, ему стало вдруг очень больно от одной мысли, что Вербин некоторое время упорно искал ему замену и теперь нашел ее...

– Значит ты не хочешь работать со мной?
– уточнил Вербин.

– С тобой хочу. В тройке с Березиным - никогда, - твердо ответил Марьян и отошел еще на шаг.
– Бери себе Родиона Березина. Я тебя больше знать не хочу...

Вербин стоял, держа руки на талии и покачиваясь с пятки на носок. Наверное, он оценивал, насколько серьезно говорит Марьян.

– А ты забыл, кто тебя расшевелил, кто тебя в Питер послал? Если бы не

я, Марьяшенька, ты бы до сих пор выяснял, с кем якшается жена водопроводчика,

и что думала баба Фрося о своем зяте, когда он ее корову пропил!..

– укоризненно покивал Андрей.
– Обо всем ты забыл, Марьяшенька. Нехорошо.

– Думаю, что твое участие в моей судьбе я уже отработал, - отрезал

Марьян.

– Собрался своим путем шагать?
– Вербин уже был, как сжатая пружина.

– Ладно... Давай, попробуй, потешь свою гордыню! Гений задрипаный...

– Ах, так?!
– оборвал его Марьян, холодея.
– А вот об этом ты пожалеешь...

Он поспешно вышел на улицу. Ему хотелось немедленно домой, собраться с мыслями, понять, что же случилось.

Рядом с входной дверью суетился мальчишка Вербина, гонял по асфальту мятую жестяную банку из-под пива.

– Привет!
– весело крикнул он, запуская банку Марьяну в ноги. Пасуй!

Марьян наподдал банку ногой, и она отлетела на проезжую часть.

– Мазила!
– с досадой вздохнул Шурка.

Еще было не слишком поздно, и по набережной туда-сюда сновали машины. Добывать банку назад было опасно, и даже припадочный полоумный мальчишка это осознавал.

– Там сегодня заморочки разные, да?
– Шурка кивнул на дверь Гильдии.

– Вроде того, - согласился Марьян.

– Слушай, можно я тогда сегодня у тебя заночую?
– с надеждой спросил Шурка.
– А то папа, наверное, сердит...

Несколько минут назад Марьян категорически отказался бы, зная, что

Андрей против. Но теперь... Теперь в его голове немедленно зашевелилась мысль о том, как можно было бы воспользоваться этим маленьким полудурком.

– Конечно, пойдем, если хочешь, - равнодушно разрешил Марьян.

Шурка с готовностью пошел рядом. Он неразборчиво болтал, смеялся, рассказывал что-то, но Марьян не слушал паренька. Он гадал, что же произошло. Ему не хотелось верить в разрыв с другом, ведь Марьяну казалось, что отношения с Андреем ничем не напоминают циничное "взаимовыгодное сотрудничество"... Но увы. Похоже, что убогий кудесник был не только уродом, но и бесконечно наивным субъектом... Умный и хитрый Вербин просто попользовался диким провинциальным пареньком и решил, что может безнаказанно выбросить его в мусорную корзину.

Марьяну стало горько.

История была не нова: один человек любил другого, а его предали.

Предательство должно быть наказуемо.

Не каждому суждено отомстить за свою боль. Но вольный пакостник мог себе это позволить.

Глава 16. Прославленный потрошитель.

– Где тебя носит?!
– зашипел Егор, забравшись в машину Осташова.
– Я уже замерз, как собака...

Старенький "опель" Влада объехал уже успевший пристроиться впереди запорожец и свернул в глухой проулочек.

Долгое ожидание в условленном месте сделало свое черное дело. Ночью грянули нешуточные заморозки. Замерзла вода в лужах, обледенели некрашенные скамьи на бульваре... Егор чувствовал, что на нем живого места не осталось. Он едва сдерживался, чтобы не лязать зубами.

– Договорились же в десять. А сейчас уже полдвенадцатого...
– рявкнул Егор и, наклонившись к приборной доске, включил обогрев на максимум.
– Я чуть дуба не дал...

– Я попал в пробку, и не в одну...
– хмуро пояснил Осташов.