– Он выкарабкается, – заверил ее Джинзлер, сам понимая, что и это, вполне вероятно, ложь. Возможно, Кили все-таки охарактеризовал его верно. – Он сильный, и кровь удалось остановить. Он выживет.

– Я знаю, – сказала Фиса, и по ее голосу Джинзлер понял, что девушка тоже догадывается о его лжи. – Просто...

– Он ваш родственник, верно? – спросил Джинзлер, лишь бы перевести разговор на менее болезненную тему. – Вы знаете, по-моему, я даже не в курсе, как устроены чисские семьи. Тем более, Правящие семьи.

Фиса безучастно посмотрела на него.

– Девять Правящих семей ничем не отличаются от остальных, – сказала она. – Братья и сестры, кузены и так называемые "родственники во власти" становятся членами семьи благодаря кровному родству и личным достоинствам. Некоторые отделяются, другие приходят, третьи рождаются с правом войти в семью. Все то же самое, что и в любой другой семье.

Она снова опустила взгляд на Формби.

– Этого не должно было случиться. Ничего этого не должно было случиться.

Формби приоткрыл глаза.

– Фиса, – прошептал аристократ. – Ни слова больше.

– Что вы хотите сказать? – нахмурился Джинзлер. – Ни слова о чем?

Фиса отвернулась.

– Ни о чем, – сказала она неестественно сдавленным голосом.

У Джинзлера по затылку пробежали мурашки.

– Фиса? – повторил он. – Фиса, что происходит?

– Спокойно, господин посол, – прошептал Формби. – Я расскажу вам... все... позже. Но... не сейчас.

Он слегка повернул голову на бок.

Туда, где сидел Кили, глядя в пол и что-то бормоча под нос.

У Джинзлера пересохло в горле; ему вдруг вспомнился недавний разговор в осажденном волкилами укреплении. "Вы вправду не знали, кто они?" – спросил Улиар. – "Разумеется, нет! – ответил Джинзлер – злой, испуганный и возмущенный. – Неужели вы думаете, что мы пустили бы их на борт "Сверхдальнего"?" – "Кое-кто из вас мог бы, – возразил Улиар. – Например, наследники тех, кто когда-то пытался уничтожить "Сверхдальний перелет".

В этот момент вмешалась Фиса и перевела разговор на другую тему.

"Вы вправду не знали, кто они? Вы вправду не знали, кто они?"

– Хорошо, аристократ, – спокойно сказал Джинзлер, внутренне похолодев. – Можно и позже.

– Вот она! – крикнул Драск на ухо Фелу. – Вот!

Фел с удивлением посмотрел вправо. Отстреливаясь, он не заметил, как они добрались до двери. Пальнув еще два раза в коридор, коммандер рискнул снова глянуть вбок, туда, где должна быть кнопка. Вот она – в полуметре над головой.

– Крюк! – крикнул он. – Оглушающую гранату!

– Шак, – сдавленным голосом буркнул штурмовик.

По-эйкарски "готов", с тревогой вспомнил Фел. Видимо, Крюк дошел до такого состояния, что был не в силах переводить на общегал. Оставалось надеяться, что он не забудет выдернуть чеку.

– Готов? – Фел резко подтянулся и ударил по кнопке. – Бросай!

Дверь заскрипела и поползла в сторону. Через щель коммандер заметил одетых в доспехи вагаари, которые поворачивали стволы в направлении источника шума; в следующее мгновение Крюк метнул туда гранату. Фел снова нажал на кнопку, и дверь поехала обратно. Послышались испуганные крики, затем дверная панель встала на место...

От взрыва вся стена коридора будто вспучилась.

– Вперед! – крикнул Фел и нажал на кнопку в третий раз. Переключив бластер на стрельбу очередями, он выпорожнил обойму в вагаари, стрелявших из другого конца коридора. Дверь отъехала в сторону, на этот раз до конца, и коммандер боком нырнул в проем.

Он приземлился в фойе турболифта между двумя оглушенными вагаари, которые слабо подергивались на полу – там, где их настигла взрывная волна.

Фел поднялся на ноги, не обращая внимания на боль в растянутых мышцах, и помог Драску протиснуться в проем.

– Что это было? – спросил чисс, нетвердым шагом подойдя к ближайшему вагаари.

– Оглушающая граната, – ответил Фел, оглядываясь по сторонам и заправляя в бластер последний контейнер с газом тибанна. – Вырубает на пару минут всех, кто поблизости.

– А потом они приходят в себя? – уточнил Драск. В проем с трудом пролез Крюк. Фел схватил штурмовика за руку, не давая тому упасть, и скривился при виде множества вмятин и подпалин на штурм-броне. – Какой же воин станет пользоваться таким оружием?