Краска схлынула с лица Блэкстоуна-старшего. Он молча, поджав губы, смотрел на Джека.

— Ну что? Что же ты не задаешь никаких вопросов? Ты не хочешь узнать, что я имею в виду? Не так ли, Роберт?

— Я понятия не имею, что…

Джек перегнулся вперед, через стол, схватил Роберта за кружевной галстук и притянул к себе, прошипев сквозь зубы:

— После всего, что ты сделал, не вздумай еще и врать! Он мне все рассказал. Де Сеговия поведал мне о твоем письме в камере, когда я ждал казни. Это ты выдал ему меня в Снибли-Крик и в Сан-Августине. Чума тебя разрази, он все мне открыл! — В приступе гнева Джек отбросил дядю на стул, повернулся и стал ходить по комнате. — Я знаю все, что ты сделал. Теперь я хочу знать почему. Почему, черт тебя возьми совсем!

Джек повернулся и остолбенел: на него смотрело дуло пистолета.

— Он заряжен и готов выстрелить, если ты не догадываешься, зачем я целюсь в тебя.

— Ты собираешься убить меня здесь, прямо сейчас?

— Именно это я и намерен сделать. Ты мне смертельно надоел.

— Потому что я знаю о твоем предательстве?

— Частично, — Роберт встал. Он все время держал Джека на мушке. — Впрочем, я давным-давно хочу избавиться от тебя. Ты, кажется, удивлен? Напрасно. Мое послание к де Сеговии было моим первым поступком. До этого я надеялся на твой неугомонный характер и опасную профессию, но, к сожалению, мои расчеты не оправдались, — продолжал Роберт. — В скольких бы ты сражениях ни принимал участие, сколько бы подвигов ни совершал, ты мало того что каждый раз ускользал от судьбы, так еще и процветал.

— Ты захотел помочь судьбе?

— Я решил вмешаться в дела Провидения, когда ты заговорил о том, чтобы перестать плавать и начать работать на плантации. А, вижу, ты все вспомнил!

— Это же было несколько месяцев назад. Я просто поделился с тобой мимолетной мыслью.

— Да, но я понял, что ты устал от своей жизни, а я же, напротив, был очень доволен своей.

—То есть?

— У меня не было совершенно никакого желания отдавать тебе Ройял-Оук. Я все делал так, как мне этого хотелось, с тех пор как умерли твои родители, и добился процветания.

— На те деньги, которые добывал я, — вставил Джек, но его дядя сделал вид, что не слышит.

— Я не намерен после стольких лет отдать тебе все.

— Но все и никогда не было твоим. Имение перешло ко мне от родителей, оно — мое.

Роберт злорадно усмехнулся.

— Сегодня оно станет моим окончательно.

Джек хмыкнул.

— Ты что же, собираешься избавиться от меня здесь? В доме? Просто застрелишь? Разве ты не боишься констебля?

— О, я объясню ему, что ты, кровожадный пират, ворвался сюда, требуя денег. Ничего-ничего, мне все поверят, ведь я столько сил приложил, чтобы убедить горожан, что ты бандит высшей марки, — он поднял пистолет и помахал им в воздухе. — Я не слишком миндальничал, и, благодаря моим «тонким» намекам, все поняли, что ты похитил Миранду Чадвик.

— Выходит, и этим неприятностям я обязан тебе.

— Конечно, но считаю, что пора перестать болтать, — глаза Роберта сузились, и палец передвинулся к курку. Взгляд его был холоден и жесток, но вдруг, услышав какой-то шум, он слегка повернул голову к двери.

— Масса Роберт, тут какая-то женщина говорит, что она должна…

Молли, вошедшая без стука, замолкла, когда увидела пистолет. Миранда, которая пыталась из-за плеча служанки разглядеть, что происходит в комнате, решительно оттолкнула ее и вошла. Джек не стал дожидаться и обрушился через стол на дядю, он был сильнее, но пистолет Роберта сильно уменьшал его шансы. Джек сжал его руку, но дуло все равно было направлено ему в лицо. Джек почти лежал на письменном столе дяди, а тот, скрипя зубами, сидел в кресле и боролся изо всех сил. Пот показался над его верхней губой, глаза выпучились, но он держался, напрягая все мускулы и схватив Джека за руку.

Позади них раздался какой-то звук, но Джек не стал отвлекаться. Роберт же взглянул в ту сторону, и племянник получил долгожданную возможность — приподнялся на коленях и всей мощью обрушился на противника. Стул опрокинулся, и оба Блэкстоуна полетели с ним вместе. В этот момент раздался выстрел.

—Джек! Джек!

В то же мгновение Миранда оказалась у стола и упала на колени около мужа. Она попыталась оттащить его за плечи. Слезы брызнули у нее из глаз, когда она поняла, что Джек не шевелится и никак ей не помогает. Кровь была повсюду, она была жутко алого цвета и лилась прямо на ковер, но Миранда, как ни старалась, не могла обнаружить, откуда она течет. Тут она услышала стон, еще один. Джек поднял голову, и Миранда от радости так обняла его, что чуть снова не уронила на пол. У него шумело в висках, и на голове была огромная шишка, полученная при падении.

— О Джек, с тобой все в порядке?

Миранда уже рыдала по-настоящему, Джек встал и поднял ее. Роберт лежал на полу в луже крови, ненавидящие глаза смотрели в потолок. Джек прижал Миранду к груди.

— Папа сказал мне, куда ты пошел, — прошептала она куда-то в жилет мужа. — Он рассказал мне б предательстве твоего дяди.

В библиотеку на шум выстрела вбежали слуги. Джек послал за констеблем и, когда он пришел, встретил его на пороге.

— Теперь уже все хорошо, — пробормотал он Миранде. Но, внимательно посмотрев в глаза Хикса, который сначала осмотрел тело на полу, а потом поздоровался, от всей души пожелал им обоим, чтобы это было так.

— Уже поздно, Миранда, — Джек отвел ее локти в сторону и нежно поцеловал в затылок.

Она повернулась к нему, радостно улыбаясь.

— Ты закончил свои подсчеты?

— Да, на сегодня — все. — Джек потянул ее к себе, затем остановился. — А ты еще не готова бросить чтение?

Миранда рассмеялась. Она уже видела этот блеск в его глазах. Так повторяется каждый день. Он хочет ее. Сейчас. Черт с ними, с книгами! Таким она его и любит. Пусть таким и остается. Но ее очень умиляло, что он спрашивает.