– Вы так добры ко мне. Я никогда не смогу до конца отблагодарить вас за это.

– Вы и не обязаны благодарить. – Граф поднес ее руку к губам и поцеловал.

Кларисса почувствовала обжигающее прикосновение его губ даже сквозь ткань перчатки, и тут же у нее по спине побежали мурашки, а кожу на руке пронзили мириады иголочек.

Не отпуская ее руки, Доминик повернул ладонь вверх и скользнул по ней губами к запястью.

Его губы казались мягкими и в то же время сильными. Какими они окажутся при прикосновении к ее губам? От одной этой мысли сердце ее забилось сильнее и где-то глубоко внутри зародилось странное ощущение.

Доминик окончательно стянул перчатку, и теперь рука Клариссы лежала в его руке, а его губы по очереди ласково касались каждого ее пальца. Кларисса даже не подозревала, что в ее руке могут рождаться подобные ощущения. Помимо воли с ее губ сорвался тихий вздох.

В этот момент Мейвис пошевелилась, и Кларисса торопливо натянула перчатку. Когда она вновь взглянула на графа, он улыбался и в его черных глазах горел огонь.

Экипаж подъехал к дому Фаллонов, и Доминик велел кучеру ждать, а сам помог спуститься дамам. При этом он задержал руку Клариссы немного дольше, чем следовало, и, наклонившись, прошептал ей на ухо:

– Не волнуйтесь, все будет хорошо.

Девушка лишь молча кивнула, она все еще не могла прийти в себя после того, что случилось в экипаже.

– Сказать леди Джемме, что вы будете к ужину?

– Непременно.

На сердце Клариссы стало легко впервые с момента столкновения с миссис Крейгмур на улице. Разве может ей грозить опасность, когда граф произнес ее имя таким завораживающим тоном?

Доминик смотрел вслед женщинам, пока за ними не захлопнулась дверь, а потом все же заставил себя переключить внимание на неотложные дела. Сев в экипаж, он назвал кучеру адрес, затем полез в карман и достал пригоршню монет.

– Я хорошо заплачу вам.

Кучер неохотно дернул за поводья, и усталая лошадь тронулась с места.

– Надеюсь, вы же не везете с собой награбленное?

– Конечно, нет, – успокоил возницу Доминик, не забыв при этом взять на заметку его вопрос. Выходит, бандиты тоже нанимают экипажи, чтобы перевозить свою добычу? А почему бы и нет? Вполне удобный способ передвижения, и никому не бросается в глаза...

Улицы в районе Уайтчепел были гораздо уже и куда сильнее замусорены, чем в Уэст-Энде. Доминик едва сдержался, чтобы не зажать нос – так отвратительно здесь воняло. Выходя из экипажа, он подал кучеру еще одну монету.

– Надеюсь, вы подождете...

– Ну уж нет, увольте. Если мне перережут горло, то никакие деньги не помогут. – Кучер стегнул лошадь.

Впервые Доминик пожалел, что не взял с собой оружия, но все равно отступать было поздно.

Толкнув дверь, он вошел внутрь.

В тесном помещении воняло так же, как на улице, а воздух был сизым от дыма. Доминик отыскал свободное место и, сев правым боком к залу, огляделся. Грязные, неряшливо одетые мужчины да несколько женщин – завсегдатаев таверны – были пьяны и совсем не походили на честный рабочий люд. Впрочем, понятие «работа» для всех разное, эта мысль пришла Доминику в голову, пока он наблюдал, как одна из женщин украдкой стащила кошелек из кармана мужчины и сунула в свой передник, одновременно поглаживая его по щеке.

Вскоре к Доминику подошла женщина среднего возраста в грязном фартуке и платье с глубоким декольте. Подав ей монету, он заказал пива, и как только кружка оказалась на столе, осторожно отхлебнул из нее, стараясь не морщиться.

– Кто владелец этого заведения?

– Чего? – Женщина уставилась на Доминика в недоумении и потерла покрасневшие глаза.

– Кому принадлежит таверна?

– Ему. Уэсти. – Женщина указала на не в меру полного мужчину у барной стойки.

Доминик кивнул.

– Вы не могли бы ему передать: если он перекинется со мной парой слов, то не останется внакладе?

– Чего? – снова спросила женщина.

Не зная, была ли она пьяна, тупа или просто устала, Доминик вздохнул и предпринял очередную попытку:

– Я хочу с ним поговорить.

– Ну так чего ж сразу не сказали? – Женщина повернулась и не торопясь направилась к хозяину.

Доминик вспомнил уроки мисс Фаллон и попытался слегка ссутулиться.

Подойдя к нему, толстяк угрюмо бросил:

– Чего вам?

– Я... я подумал... – Доминик попытался изобразить волнение. – Возможно, вы знаете, где найти скупщика, который даст приличную цену?

– А, новичок! – Прищурив глаза, мужчина неторопливо оглядел Доминика с ног до головы. – Впрочем, откуда мне знать, что вы не чертов полицейский доносчик?

Доминик недоуменно вскинул брови:

– Вы, должно быть, шутите.

– Нуда, на полицейского вы не слишком похожи, – согласился хозяин. – Не повезло, да? Небось проигрались в карты, а теперь распродаете то, что осталось. Думаете, я смогу вам помочь? А что, если я перережу вам горло, а на досуге проверю ваши карманы?

Забыв об осторожности, Доминик схватил мужчину за грудки и притянул к себе. Ему тут же стало ясно, что он зря это сделал – от мужчины невыносимо разило. Тем не менее, не обращая внимания на вонь, Доминик процедил сквозь зубы: