Император Суран не просто так послал именно меня. Когда память восстановилась полностью, обнаружились некоторые провалы, о которых сам не подозревал раньше. И когда я поделился своими некоторыми догадками и наблюдениями, был тут же отправлен на Крин. Нам следовало убедиться в том, что глаза не подвели меня тогда. Иначе планы Империи по вторжению во внешние миры были под изрядной угрозой. Для этого требовалось обезопасить Крин. И простого поединка, которым мы обошлись в последний раз, явно не достаточно.

Мальчик оторвал меня от размышлений:

— Мост Памяти, Лорд.

Я поднял глаза. Величественное зрелище. Арка моста возвышалась над нами, сияя в лучах солнца, словно хрустальная. Я огляделся и увидел то, что искал… Возле самого подножья, росло несколько деревьев, напоминая очень маленькую рощицу. Двинул коня в их сторону.

— Лорд Янус? — прозвучало встревожено за моей спиной.

— Успокойтесь, Ворон, — бросил я назад. — Всего лишь маленькое воспоминание, пусть и не мое. Мне нужно кое в чем убедиться.

Подъехав к самым деревьям, я остановил коня и спешился.

Свита и Ворон сверлили взглядами мою спину.

Я подошел к ближайшему дереву и положил руку на шершавую кору. Сквозь поры на коже к дереву просочилось небольшое заклинание вместе с моей кровью. Давно припасенное специально для этого случая. Оно не раз помогло мне, но сейчас требовалось несколько больше усилий. Ведь я должен был увидеть очень далекое прошлое.

Позади раздался судорожный вздох кринита. Я медленно обернулся: почти под самой аркой моста шло призрачное сражение. Память дерева не подвела, а моя кровь помогла выделить нужное воспоминание.

— Что это?

Я криво усмехнулся.

Высокий светловолосый мужчина волчком крутился в сужающемся круге воинов, который неумолимо смыкался. Звука не было, но видно было, что мужчина смеялся, заклинания отскакивали от него, как мячики. И он уже было начал побеждать, когда к врагам пришла подмога.

Почти рядом со мной появилась из ниоткуда женская фигура и простерла руки в сторону сражающихся.

Вспышка. И в обжигающем пламени оказались все: и враги, и тот, кого они пытались убить. Пламя имело сиреневый цвет. Весьма специфичный.

Но я уже не отрывал взгляда от женщины, чья голова была скрыта под глухим капюшоном. Лишь на долю какого-то мгновения невидимый нам ветер шевельнул её капюшон, но мне этого хватило. А потом все растаяло. Заклинание иссякло.

— Что это было, Лорд Посол? — в голосе кринита проскальзывали нотки растерянности, хотя он тщательно их скрывал.

Я вскочил на своего коня и только тогда ответил:

— Это было воспоминания деревьев о том, как был убит мой отец.

Я взглянул в потрясенные глаза Ворона без малейшей насмешки:

— А теперь покажите мне Аллею. Насколько мне известно, именно там моя мать сразилась в своей последней битве с Лордом Туманом.

Ворон чувствовал, что не просто не понимает, что происходит, но и начинает думать, что сошел с ума. Он и не знал, что когда-то Империя уже присылала своих послов. И что они были убиты. Причем убиты не в честном поединке, а вот так… магией со стороны…

— А ты наивен, мальчик, — внезапно заметил Лорд Янус. — Где только такого понабрался…

Ворон покраснел: он и не заметил, что последнюю фразу произнес вслух.

— Мои родители были очень сильными демонами. Моя мать умудрилась даже после своего убийства остаться в призрачной форме и еще долго управлять подспудно политическими процессами в Империи. Так что, то как убивали моих родителей — это скорее комплимент для них. Значит, боялись, раз решились пойти на столь рискованный шаг, который мог раскрыть тайну Крина.

— О чем Вы говорите? — недоуменно посмотрел на посла юноша.

Тот качнул светловолосой головой. Он все еще был под впечатлением от смерти Леди Жадеит. Мать никогда не говорила, что Туман не просто сражался с ней, но и еще привел чуть ли не весь свой клан. Сиреневым огнем опять воспользовалась та же женская фигура, только в этот раз она дала возможность отступить противникам демонессы. Возможно, именно эти секунды и использовала мать Лорда Януса для спасения своей призрачной составляющей.

— А в императорском замке что было? — спросил после некоторого колебания Ворон.

Голубоглазый демон усмехнулся:

— Понятия не имею. Но насколько помнится, я должен быть представлен Императору? Не Вы ли утром сообщили мне об этом?

Ворон почувствовал, как жаркая волна поднялась откуда-то снизу и залила его до самой макушки. Он действительно забыл. Где-то глубоко внутри зародилось странное чувство к Лорду Янусу, очень похожее на ненависть, но замешанное на чем-то другом… Восхищение?