Танго. Танец для троих. Каина была отражением этого танца, этой страсти… и она превзошла меня…

Мы разошлись и поклонились друг другу. На губах Каи расцвела почти блаженная улыбка, те, кто знал её хорошо, прекрасно понимали, что ничего хорошего она окружающим не обещает. Хилар внезапно оказался рядом с возлюбленной. Его плащ окутал эту обманчиво хрупкую фигуру, и чернота волос расплескалось по его груди. Леди Юга почти мурлыкала.

Я поймал низшую, что стояла неподалеку с ошалелым видом, и схватил бокал вина с её подноса. Сейчас мне было не до вкуса и варварства, о котором я размышлял в начале бала.

— Знаете, Лорд Янус, — задумчивый голос Максимилиана рядом привел меня в чувство. — Я окончательно убедился, что обязательно урву у вас обещанный танец.

— Ты снова начал выкать, — указал я.

— Рефлекс, — пожал он плечами. — О, гляньте-ка, кажется, это твой будущий оппонент.

Я обернулся и едва сумел скрыть блеск глаз. Он был с меня ростом, гибкий, худощавый и… опасный. Дымчатые волосы струились вдоль лица и по плечам. Раскосые темные глаза с голубыми овальными зрачками. Было в нем что-то… туманное…

— Лорд Янус, — легкий поклон, почти незаметный. — Я лорд Туман, — он улыбнулся, демонстрируя кончики клыков из-под верхней губы. — Завтра днем я буду Вашим противником.

Я почти заворожено смотрел на каплю в его ухе, точно такая же висела у меня на шеё под кителем. Но все же кивнул ему:

— Простите, не ожидал, что у вас возникнет желание со мной пообщаться.

Он пожал плечами:

— Его не было, пока вы не продемонстрировали этот великолепный танец. Я понял, что вы более страстная натура, чем кажется на первый взгляд, и я решил попросить Вас быть собранным завтра. Мне хотелось бы, что бы наш поединок не сразу смог мне наскучить.

Это искусно завуалированное, острое, как бритва, оскорбление, заставило меня, наконец, прийти в себя, и я хищно улыбнулся:

— Вы самоуверенны, Лорд Туман. Это плохой признак для воина.

7.

Я бы хотел вечно сидеть вот так и слушать гром, смотреть на молнии и то, как пенится земля под струями ливня.

Ветер яростно трепал мои волосы, влажные от дождя, заносимого в окно, на котором я сидел.

Таро что-то тихо прошипел, и я погладил его морду:

— Тоже любишь грозу, дружок? Это хороший знак, что она разразилась именно этой ночью. Очень хороший.

Дракончик-татуировка мурлыкнул.

— Завтра я увижу того, кого жаждал убить на протяжении многих лет, Таро. Видел серьгу в его ухе?

Я шептал живой татуировке какие-то глупости, а сам, не моргая, смотрел на грозу, фактически внутрь этой грозы.

— Господин, — в комнату заглянула низшая.

Совсем страх потеряли, наглецы. Ведь прекрасно осведомлены, что я терпеть не могу, когда меня беспокоят во время дождя.

— Сгинь, — равнодушно приказал я.

— Вы невежливы, Лорд Востока, — бархатный голос астролога вплелся в воздух моей комнаты.

— Просто я не люблю, когда меня беспокоят во время грозы.

— Вижу, — он остановился за моей спиной. — Но мне скучно. К Хилару с Каиной сейчас не сунешься. В замке тишина…

— И ты решил, что я буду лучшим развлечением? — я так и не повернул головы.

— Я все ещё отвечаю за твою подготовку.

— Понятно, — я вздохнул. — Вино на столе, можешь открыть. Это из запасов моего отца. Я знаю, что ты знаток вин.

— Ого! — от его удивленного возгласа приятно сжалось сердце. Пальцы, поглаживающие Таро, замерли. Я что, хотел сделать приятное Второму Лорду? Удивить его? Ожидал его реакции? Спустя столько лет, я был в ком-то заинтересован?

— Ты будешь пить, Янус?

— Нет, — покачал я головой и, наконец, обернулся, что бы взглянуть на него.

В неофициальной одежде Повелитель Запада смотрелся… Повелителем Запада. Он закрепил волосы на затылке, оставив основную массу, струится по спине. Золотистая рубашка с широким рукавом и шнуровкой, узкие брюки, почти сливающиеся с высокими сапогами. Максимилиан любил производить впечатление.

— Ты всегда так пристально смотришь? — поинтересовался он, пригубив вино.

— Тебя это смущает?

— Да нет, — в его глазах что-то мелькнуло. Я бы охарактеризовал это как маленькую вспышку хулиганства. Мальчишество.

— Знаешь, что меня мучает в последнее время, Иллюзорный?

— Что? — я заинтересовался, убежденный, что не разочаруюсь в его вопросе. И он не подвел:

— Каково это — заниматься любовью с парнем, по телу которого ползает живая татуировка? Да еще шипит и рычит?

Я рассмеялся вместе с раскатом грома.

— Ты неподражаем, Макс!

Я сам не заметил, как назвал его сокращенным именем, подслушанным на балу от Каины. Усмехнулся ещё раз и ответил: