Ведьма взяла маленький, налила воды, поставила на огонь. В большом принялась толочь какие-то сухие листья. Я уселся поудобнее в дверном проеме и потребовал:

– А теперь рассказывай, леди Илка. Ради чего ты все это затеяла, я примерно понимаю. Одурела от одиночества, бывает. Но с какой стати ты Лаюки про гибель человечества рассказала? Зачем? Что за чушь?

– Ну, – довольно равнодушно ответила ведьма, – я просто очень испугалась. Толстуха пригрозила, что засадит меня в Холоми, вот я и решила: рискну. Расскажу ей, что в мире не осталось людей, кроме нас, сделаю так, чтобы она поверила моим словам. Когда человек выпил моего зелья, это несложно: он всему, что я скажу, верит. Мы поплачем вместе, подружимся, а там глядишь, проснется Моти, я ему во всем признаюсь, он меня выручит. Неужели непонятно?

– Да нет, вполне, – вздохнул я. – Значит, Лаюки перегнула палку. Зря вы меня все-таки не разбудили. Я бы сразу объяснил, что не собираюсь волочь тебя в тюрьму. Если с ребятами все будет в порядке – на кой мне лишние хлопоты? В Холоми и без тебя тесно.

– Правда, что ли? – недоверчиво спросила она.

– Правда, правда. Вот если ты их отравишь, тогда точно придется тебе шею свернуть – и это, учти, будет для тебя не самый худший исход дела. А если они оклемаются, перестанут талдычить, будто «вернулись домой» и величать твою хижину «дворцом» – будем считать, что это было просто дурацкое приключение. Забавное, в общем. Не хуже моего подвига с вурдалачьими ягодами.

– А ты ел Вурдалачьи ягоды? – заинтересовалась ведьма. – И в кого превратился?

– Ребята говорят, в огромного хищного кота. Пришел в себя поутру, на дереве. Полчаса потом слезал, как не упал – ума не приложу. Но ничего, смешно было.

– Ты, наверное, хороший убийца, – неожиданно заключила ведьма. – Совсем не злой. Злые убивать толком не умеют, все у них через пень-колоду, а ты веселый. Это и страшно.

Я озадаченно покачал головой. Сомнительный, честно говоря, комплимент. Но мне почему-то было приятно.

– Ты не беспокойся, – какое-то время спустя сказала ведьма. – Я их не отравлю, все будет хорошо. Я не такая уж дура, как может показаться. Сама не рада, что Короля околдовала. Даже не плохо вышло, что ты зелье не пил и все быстро понял. А то осталось бы Соединенное Королевство без Короля, рано или поздно его бы нашли – и что бы тогда со мной сталось? Подумать страшно.

– А как ты вообще решилась? Ну хорошо, не знала, что среди нас Король. Но если бы придворные пропали, их бы тоже стали искать.

– Необязательно. И уж точно не так старательно, как Короля. Послали бы пару-тройку юных бездельников из этого вашего Семилистника, я бы, пожалуй, сумела им глаза отвести. В наших лесах часто люди пропадают, обычное дело. Никто бы не удивился… Тут видишь как вышло: понравились вы мне, все – ну, кроме толстухи. Мне вообще женщины редко нравятся. Я даже призадумалась: с кем из вас первым любовь крутить? Решила начать с того, кто сам захочет. У меня давно никого не было: ни мужчины, ни даже просто дружков-приятелей. Лет пятьсот сижу тут одна, почти никто мимо не ходит. Когда-никогда… И тут такой соблазн. Конечно, я не устояла – а кто бы устоял?

– А зачем сидишь-то? – спросил я. – Пятьсот лет одна – это же рехнуться можно.

– Вот я и рехнулась, – спокойно согласилась ведьма. – Давно уже. А на месте я сижу потому, что жить мне, как ни странно пока не надоело. Если я уйду отсюда, за год стану старухой, и – все, прощай, Илка! А тут место мое, заговоренное, сколько труда и сил в него мои прабабки вложили, да и я сама успела… Меня как старое дерево, нельзя пересаживать. Понял теперь, почему мне в Холоми не хочется? Так-то я бы посидела, говорят там красиво и кормят хорошо.

– Да, очень неплохо, – согласился я, припомнив свое кратковременное пребывание в главной государственной тюрьме. – Грустная история. Тебе не позавидуешь, но и уговаривать: бросай все, попробуй устроиться на новом месте – как-то глупо.

– Глупее не бывает. Старухой я становиться не хочу, да и помирать как-то… ну боязно, что ли. Я уже настроилась пожить подольше, привыкла к такой мысли. Нет уж, никуда я отсюда не поеду.

– Да, пожалуй, не стоит, – согласился я. – Тебе еще бы соседей хороших…

– Да кто тут жить захочет? – проворчала Илка. – Нет таких дураков!

– Ну, не скажи. Есть люди, у которых дома жизнь не заладилась, куда угодно сбежать готовы. Есть и такие, кому хочется спокойно встретить старость на лоне природы. Просто никто не знает, что где-то в лесах Муримаха есть дорожка, выложенная желтыми кирпичами…

– Не всякое соседство лучше одиночества, – с сомнением протянула ведьма. – А как ты думаешь, этот красавчик, Моти, он теперь не захочет остаться, да?

– Не знаю, захочет ли, но теперь точно не сможет. Мы же сюда не развлекаться приехали… Другое дело, что для человека, владеющего искусством Темного Пути, на край света на свидания бегать – не проблема. Но вообще-то о таких вещах не меня надо спрашивать, а его.