— Пойду играть к Шерри? — от мольбы в голоске Джимми она очнулась, переодела его и проводила во двор.

Пока Лорел накрывала на стол, Клэр крутила оливку в стакане. Обе они в зное кухни поувяли.

— А Майкла не подождешь?

— Иногда, когда задерживается, он обедает на базе, — но все-таки Лорел поставила прибор и для него.

— А ты, Клэр, останешься к обеду? (Ох, пожалуйста, не надо!)

— Непременно! Не могу себе вообразить, как Майкл сидит тут и ест, — улыбка Клэр стала жестокой. — Если б ты не вернулась, он бы женился на мне.

— Но Пол говорит, Майкл не стал бы разводиться.

— А как он мог? С кем разводиться? Ты что-то пропала. Но еще пять лет и тебя объявили бы умершей по закону. И он женился бы. На мне.

— Все спланировала, да? Но видишь ли, Майкл и здесь не терялся, пока ты самоотверженно заботилась о его ребенке в Таксоне, — Лорел перегнулась через стол, приблизившись к Клэр. — Клэр, разве он просил тебя ждать? Говорил, что любит, а?

— Да. Нет… И не нужно было! Это само собой подразумевалось. — Но смешок выдал ее. — Я и так понимала его. — Злой румянец с успехом заменил румяна.

— Ладно, ладно, Клэр! Не хотела расстраивать тебя, не плачь!

— Еще чего! Кто плачет, — черные от туши слезы бежали у нее по щекам. — Неправда, что у Майкла тут были женщины. Ты нарочно! Ревнуешь ко мне! Не так уж хороши у тебя дела, да? Не идет к обеду и, пари держу, никогда не приходит! И опять спит в отдельной спальне. А знаешь, почему? Из-за меня, Лорел! Из-за меня! — Лорел стала было подниматься, но Клэр удержала ее за руку. — И знаешь, что еще? Я рада, что ты вернулась. Потому что теперь он видит тебя каждый день, видит, какая ты, и скоро так тебя возненавидит, что избавится от тебя, наплевав на церковь!

Вырвавшись, Лорел отошла к духовке.

— Поешь, Клэр, тебе станет лучше, — но когда она вернулась с Джимми, Клэр уже готовила себе новую рюмку. — Поешь, не пей! Ты же вообще не доедешь до Таксона!

Клэр проглотила пару кусочков барашка, выпила еще рюмку мартини, и ее вконец развезло. Лорел чуть не волоком отвела ее в спальню, та все порывалась танцевать.

— Кровати кружатся, кружатся, кружатся…

— Я позвоню Дженет, скажу, ты осталась у нас, — но Клэр уже спала. Не успела Лорел сесть за стол, как вернулся Майкл.

— Пап, Клэр больна.

— Вернее, наклюкалась, — поправила Лорел сквозь зубы, отрезая барашка и ставя перед Майклом.

Он взглянул на пустую тарелку, бутылку из-под джина и вздернул бровь.

— Пардон, что пропустил вечеринку. Где она?

— В кровати — если кружение не сбросило ее. Сегодня она в танцевальном зале.

— Правда, напилась? — Красивый смех заполнил кухню. — Милая старушка Клэр! Чего только на старости лет не узнаешь про женщин. — Майкл объяснил, что уже пообедал, но все-таки мяса поел. И все еще посмеиваясь, раскинул раскладушку в гостиной, чем и блокировал все передвижения.

Лорел отправилась спать, раздумывая, как же жестоки мужчины. Ей приснилось, что бежевое бунгало горит, Клэр у порога замахивается на нее топором всякий раз, как она пытается бежать, а Майкл стоит в патио и хохочет, хохочет, хохочет…

На следующее утро удрученная, бледно-зеленая Клэр уехала еще до завтрака, объяснив, что ей надо скорее на работу, и задержалась только стыдливо попрощаться с Майклом.

Тот пребывал в редкостно благодушном настроении, и Лорел набралась мужества попросить у него денег. Протянув ей деньги, он схватил ее за запястье и стиснул так крепко, что у нее похолодела рука. Она не смела поднять на него глаз.

— Если потратишь на бегство, не увози с собой Джимми, не то я полицию на тебя напущу, так и знай. — Потом расхохотался и ушел, похожий в серебристо-серой форме на астронавта.

Она, Майра и дети днем ходили за покупками в магазин базы, а потом отправились в ближайший торговый центр. Среди прочего Лорел купила темно-зеленый круглый ковер, шторы в тон для гостиной и желтый драпировочный материал на двери патио, двенадцать тренировочных брючек и красный трехколесный велосипед.

Когда они втащили все покупки к Майре рассортировать, Пэт сидел на кухне с пивом. Он взялся отнести пакеты Лорел к ее задней двери.

— Ох, я и забыла — дверь заперта! Здесь не войти, я кругом обойду.

— Да нет же! Не заперта! — Пэт отодвинул сетчатую дверь, стеклянную.

— Вот забавно! Уверена, что запирала!

Из дверей пахнул запах: густой, тошнотворный, безошибочный…

— Назад! — Пэт выронил пакеты и бросился на кухню к плите. Потом бегом вернулся и глубоко вдохнул воздуха. — Не от горелок! — он задвинул дверь.

— Может наоборот — открыть?

— Нельзя, чтоб газ растекался. Он же поднимается. Где мой ящик с инструментами?