Но из окна ему хорошо была видна лавочка, в которую вернулся тот подозрительный мужчина, и, к своему ужасу, Маркус увидел, как там раскрылась дверь, и вышел человек, лицо, и фигура которого были слишком хорошо известны Маркусу.

Картер!..

Какого черта делал Картер в лавочке азиатов? Маркус от негодования забыл, что он должен быть благодарен, что, наконец, нашел брата, но его возмущало то, где он нашел его.

Мог ли Картер быть, как-то связан с тем таинственным человеком? Могли он входить в группу, занимавшуюся контрабандой опиума?

Маркус похолодел. Его легкомысленный сводный брат… Правда, Картер достаточно часто попадал в беду, это были мальчишеские проказы, большей частью проблемы с женским полом, и безделье, как говорил его отец. После смерти отца Маркус, когда мог, продолжал вытаскивать его из неприятных ситуаций. Но его беспокоило, что Картер так и не повзрослел, оставаясь, все таким же безответственным мальчишкой.

Способен ли Картер на преступление? Маркусу такая мысль никогда не приходила в голову. Но Картер всегда был близок к этому, он мог бы получить достаточно сведений о судах Маркуса, чтобы прятать опиум на торговых кораблях, чтобы иметь связь со своими сообщниками в кругу контрабандистов.

Контрабанда, убийство…

Кровь холодела в жилах Маркуса при мысли, что его младший братишка по уши увяз в таких делах…

Маркусу уже не хотелось эля. Он медленно поставил поднесенную ко рту кружку на стол.

Картер шел по улице, как раз мимо кабачка, с довольной улыбкой на лице. Маркус отвернулся от окна. Он еще не решил, остановить ли брата прямо сейчас, или подождать. Что он скажет ему?

Подождать. Признается ли Картер, что заходил в эту лавочку? Можно ли найти этому невинное объяснение? Маркус не находил его. Его мозг, казалось, застыл, как водоворот, в который больше не поступала вода.

Он посидел еще несколько мгновений, потом встал и вышел на улицу, повернулся и пошел следом за братом. Картер направлялся в порт. Он свернул к той самой гостинице, в которой остановился Твид. Затем пошел к конюшне, вероятно, затем же, что собирался сделать Маркус. Действительно, через минуту конюх вывел лошадь брата. Картер дал несколько монет конюху, вставил ногу в стремя и сел в седло.

Маркус не собирался ехать за ним; убедившись, что Картер явно направлялся домой, Маркус забрал свою лошадь. Он поехал по знакомой дороге домой, не пытаясь догнать брата. Прежде всего, потому, что ему требовалось время, чтобы подумать, и он еще не решил, как ему поступить в данной ситуации. Ему, конечно, надо как-то объяснить, почему он оставил женщин одних, только со слугами. Но намного труднее было раскрыть тайну посещения Картером дома, где обитали азиаты. Как Картер узнал об этом доме, как глубоко он связан с ними и связан ли вообще?

Маркус чувствовал напряженность, как будто перед битвой, и все в нем кипело от возмущения. Его брат… как это могло случиться?

К этому времени солнце огромным пылающим шаром скатилось за горизонт, последние лучи медленно затухали, и сумерки закрывали бледно-лиловое небо. В наступавшей темноте громко стрекотали сверчки. Впереди Маркус увидел огни охотничьего домика.

Он подъехал к конюшне и сам отвел в стойло коня, оттягивая момент, когда ему придется решить, что делать с этим печальным открытием. Затем он, наконец, подошел к дому.

На его стук сразу же откликнулся лакей.

– Милорд, – широко распахивая перед ним дверь, приветствовал он Маркуса.

Войдя в дом, он решительно направился наверх, где в гостиной собрались все обитатели.

Обе женщины уже переоделись к обеду. Картер, который все еще не снял костюм для верховой езды, встретил брата с непринужденной улыбкой.

– Как я вижу, я обогнал тебя, – сказал он. – Трудная была поездка в Лондон, брат?

– Очень, – признался Маркус. – А почему я не застал тебя дома, я же просил тебя остаться, Картер? – Его голос прозвучал еще более сурово, чем бы ему хотелось, но ему было трудно справиться со своими чувствами. А Картер, конечно, уже успел узнать от дам, что старший брат не застал его дома. Он только не знал, известно ли Маркусу, куда он ездил.

– Я подумал, что разузнаю что-нибудь для тебя, пока ты в Лондоне. – Картер торжествующе посмотрел на него.

Такого ответа Маркус не ожидал.

– И что же ты разузнал? – медленно произнес он.

– Non, non, – вмешалась графиня. – У вас ужасный вид, Саттон. Вы должны переодеться, иначе мы никогда не пообедаем. А потом Картер вам все расскажет.

И эта отсрочка даст его брату время, чтобы состряпать свою историю, если потребуется, подумал Маркус. Но, безусловно, он не мог в таком виде сесть за стол. Кивнув дамам, он вышел и, шагая через две ступени, поднялся наверх.

В своей спальне он с удовольствием обнаружил, что слуги уже принесли горячую воду. Он намылился и смыл с себя всю грязь и землю, накопившиеся за несколько дней, надел чистый домашний костюм и почувствовал себя намного лучше. Приведя себя в порядок, он поспешно спустился в гостиную, зная, что без него обед не подадут.

И как только он вошел, лакей пригласил их в столовую, и Маркус подал Лорен руку.

Она приняла ее, и ее прикосновение показалось ему вдохновляющим и восхитительным.