Шрифт:
Согрешим против истины, если все отмеченное богатейшее наисследованное припишем только мной весьма уважаемым Западным ученым — бахистам. В этом вкуснейшем «винегрете» и наши славные выглядят внушительно, которые были передовыми «пионерами» эпохального искусства. Эти крупные мастера, вместе с другими светилами обеих полушарий, внесли немалую лепту в богоугодное дело пропаганды всего канторовского (алфавитно): дирижеры — Николай Голованов, Константин Иванов, Александр Орлов, Отар Тактакишвили… пианисты — Эмиль Гилельс, Григорий Гинзбург, Генрих Нейгауз, Святослав Рихтер, Тамара Тулашвили… скрипачи — Леонид Коган, Ягудий Менухин, Давид Ойстрах… виолончелисты — Карл Давидов, Борис Доброхотов, Семен Козолупов, Мстислав Ростропович, Александр Стогорский… гитаристы — Никита Кошкин, Александр Иванов-Крамской, Андрей Сихра, многие другие.
Будет весьма неверно если не вспомним знатоков теории музыки, внесших серьезный вклад в деле анализа и популяризации баховской полифонии (алфавитно): Шалва Асланишвили, Александр Гольденвейзер, Борис Доброхотов, Тамара Ливанова, Яков Мальштейн, Сергей Морозов, Владимир Протопопов, Владимир Рабов, Марк Этингер, Израиль Ямпольский…
В разное время немало толковых разъяснений, деловых предложений, самых оригинальных решений по бахиане давали всемирно-известные классики гитары, которые много трудились над переложением, редактированием, изданием, популяризацией с самых престижных мировых сцен великих шедевров кантора (некоторые продолжают работать и сегодня, долгие им лета — авт.) алфавитно: Мария Луиза Анидо, Джон Вильямс, Маттео Каркасси, Мигель Льебет, Эмилио Пухоль, Андрес Сеговия, Франсиско Эшеа Таррега, многие другие.
Вспомнили достойных, слава им! [10] В этой общей круговерти главным видится, что благодаря стараниям и трудам людей разного происхождения, многоцветии кожи, строения черепа, данных дактилоскопии, теории о «face» в стиле итальянского ученого доктора Чезаре Ломброзо, иного многого, касающегося его величества Человека, почти уже решенная проблема предстала началом победного шествия великой баховской музыки, в свое время людской нерадивостью превращенной в надежно усыпленную, бессловесную «мумию», которая, велением Бога, стараниями всех отмеченных известных, малоизвестных или вовсе канувших в бездну житейского времени грандов музыкологии, искусства переложений, исполнительства, проснулась, продрала глаза, поднялась на обе ноги, выпрямилась во весь свой рост и смело зашагала по Всевышним указанному вечному пути!
10
Спр. в 1850 г. в связи со столетием окончания этой части жизни кантора, в Лейпциге было образовано Баховское общество, которое до 1899 г. выпустило 46 томов о жизни и творчестве кантора. В 1926 г. вышел 47 дополнительный том. Спустя время (1950 г.) в Германии были созданы — Баховский архив, вновь Баховское общество. Такое же общество организовалось и в России, но, распалось. Проф. А. Швейцер писал (с. 163): «Рассказывают, что Брамс с нетерпением ожидал появления каждого нового тома Баховского общества и, получив, откладывал все другие работы, чтобы просмотреть его. „У старика Баха, — говорил он, — всегда найдешь что-нибудь новое, а главное — у него можно поучиться“. Когда же появлялся новый том сочинений Генделя, он клал его на полку, говоря: „Несомненно, это интересно; когда будет время, обязательно просмотрю“. К слову и другое, первый эстет прошлого Иоганн Фридрих Рохлиц писал: „Гендель пышнее, Бах — правдивее!“
P. S. исследователи — современники, попавшие в поле моего зрения, отмечают, что в 47 изданных томах, есть сведения и о гитаре, чему искренне рада. Однако, как до них добраться? Думаю, когда-нибудь смогу…
Отяжелевшие от долголетия листы истории повествуют и многое иное, из которых делаются выжимки вроде: «почему вокруг неординарных людей с особой затаенной злобой окучивались негодные?» «почему, треклятые, еще тогда нещадно косившие ряды гениев никак не насытились и сегодня продолжают отстреливать неординаров?» «почему „многознающие вещатели“ постоянно „сыпят соль на раны?“» «почему не угомонятся, все ноют, скулят и подвивают, мол, „вскоре настанет апокалипсис вашему искусству?“» Что же касается истинных служителей Музы, они никак не кровожадны. В самом деле, не начнут же травить их стрихнином?! Лично я предлагаю благородное: подкинем-ка мутантам долгочасовые, головоломные игры вроде «Снукера». Они же своими тупыми мозгами ни в жизнь не разберутся, запутаются, вот и оставят истинных людей искусства в покое! Думаете, — утопия?..
Вразрез этим негативно-подоночным феноменам, великие религиозные постулаты различных вероисповедании различных народов планеты крепко держат в себе бетонно-нерукотворное, нас поддерживающее: …если бы (он) … для Аллаха был равен (по ценности) …хотя бы комариному крылу, он не дал бы неверному выпить и глотка воды (Суна, ат. — Тирмизи); или дует из десяти мудростей Главной книги христиан, именуемой Библией: не убий, …не суди и судим не будешь; или подобие в еврейской хрестоматии «Арух»; или слова из «писания» трибуна глобальной революции (1917) по человеческим меркам очень уж несчастного россиянина Влад. Маяковского: «…в этой буче, боевой кипучей (без них) и того лучше…» Единолично!
Все жизненные мудрености выступают против кучками собирающихся, подчас никчемных, пустозвонных «людишек — ухмыльщиков», всю жизнь просидевших на лавчонках в «забивании „Козла“» в честь дворовых чемпионатов и постоянно занимающихся словоблудием, вроде: «подумаешь, проблема, что писал для нашей гитарушки толстячок!» «говорите, „с гулькин нос“?» «да, черт с ним, и мы — с усами, надо — накалякаем!» «если уж так приспичило, почему ваши „музпророки“, если они — доки, за столько время не могут в развалинах старого замка нашенского „модестика“ [11] накопать крупинки истины?» «не можете промолоть через кофемолку как все писалось — игралось для нашей семиструнки?» «Ох вы, мудрецы никчемные!»
11
Спр. неповторимый цикл „Картинки с выставки“, в т. ч. и „Старый замок“, композитором Модестом Петровичем Мусоргским создан под сильным впечатлением посещения выставки своего друга, художника Гартмана, где он и увидел оригинальные картины талантливого художника.
P. S. для классической гитары это произведение блестяще переложено аргентинской гитаристкой Марией Луизой Анидо в тональности g-moll. Однако есть и другой вариант переложения абсолютно отличающийся от первого.
Скажу так, господа хорошие, вместо хи-хи — хахания, лучше бросили бы костяшки, встали с лавочек, да вспомнили славное дедовское: «Паря, а помнишь, а помнишь, как все бывало?» да постарались помочь людям раскопать истину, как текли те неблизкие дедовские времена?! Заодно порылись бы на чердачках ваших вековых изб, где в старом хламе, вековых сундучках и сегодня могут валятся разные великие инструменты, чудо — иконы, обветшавшие рукописи… созданные великими мастерами и кто знает как «забравшиеся» туда?! Может что и сыщете? Ведь бывало? Вот тогда и стало бы всем нам «…и того лучше!» Хотя, как вещает классика: «…если бы имели веру с горчичное зерно, не было бы ничего невозможного!») «Jusus and the Early Church», D. C. Cook Publishing).
Как человек имеющий врожденную интуицию, думаю, что «баховские гитарные листочки» были. Эту гипотезу подтверждают и серьезные первоисточники, с которыми, повторюсь, неплохо знакома. Они сообщают, что кантор, великолепно владея многими инструментами (алфавитно): альтом, виолончелью, лютней, скрипкой (не говоря уже о любимых «коньках» в лице клавесина, особо — органа), не удивляйтесь, «баловался» и гитарой. Историки пишут, например, что «…Все это не мешало ему участвовать въ качестве скрипача въ квартетъ, играть недурно на вiолончели и аккомпанировать себе на гитаре, когда по просьбе друзей онъ пъелъ имъ въ вечернiе часы разныя прiятныя для слуха псънки» собственного сочинения (Ф. Вольфрум. С. 4, А. Швейцер, Ф. Шпитта (сын), С. Морозов, др.).