Размышления «Гласа» были прерваны Лебедями Диадемы, которые сбросили свои защитные поля и направились к звездолету.

–  Прощай, Август, -сказал Джордан.

Они пожали друг другу руки. Вид у Августа был мрачный.

–  Я верю, что мы встретимся снова, Джордан, - сказал он.
– Ты ненормальный, а такие люди, как правило, умудряются выжить.

Джордан рассмеялся. Сердце у него бухало о грудную клетку как молоток.

–  Надеюсь, ты прав!

Юноша повернулся и вышел через дверь, предназначенную для прислуги.

Имение было освещено кострами и ослепительными вспышками, исходившими от Крюков. Джордан закутался в волшебную шаль Каландрии, и, хотя он бежал в непосредственной близости от бессчетных стальных клешней, ни одна не повернулась в его сторону. Они продолжали обшаривать руины замка. Людей на пути было мало. Уцелевшие сбились кучками под кронами деревьев и под арками и с апатией наблюдали за приближением металлических рук Крюков.

Джордан бежал, перепрыгивая через глубокие воронки, огибая вырванные с корнем деревья и упавшие обломки, пока не оказался в поле. Там он впервые остановился и посмотрел на Крюки. Здесь, в сотне метров от здания, все было разгромлено подчистую. Джордан не стал задумываться. Он просто сбросил шаль и крикнул в небо:

–  Я здесь, сволочи!

В первый миг ничего не произошло. А потом он увидел, как гигантские руки, копавшиеся в руинах замка, поднялись и потянулись в сторону.

Искорка наверху превратилась в маяк. Приближалось что-то новое.

–  Черт побери!
– прошептал Джордан.

Он надеялся, что не прав. Быть может, Крюки спустились с небес, чтобы отомстить за непослушание кому-то другому…

Неожиданно поднявшийся ветер принес с собой такой запах, какой бывает после грозы. Пыль и дым закружились вихрем и начали обволакивать основание блуждающей луны.

Убедившись в том, что он привлек внимание Крюков, Джордан снова закутался в шаль и побежал под деревья.

Большая металлическая штуковина бухнулась в землю в том месте, где Джордан только что стоял. Сотрясение почвы сбило юношу с ног, но через секунду он уже вскочил и рванул вперед. За спиной раздавались удары, однако, хотя плечи у Джордана зудели от ожидания, никто его не схватил. Добежав до аллеи, он остановился и посмотрел назад.

Руки, громившие замок, убрались во чрево луны. Тем не менее в воздухе запахло грозой еще сильнее и отчетливее, а верхушки деревьев трепетали под порывами ветра, то и дело менявшего направление. Луна, казалось, опускалась все ниже и ниже.

Джордан стоял у деревьев в начале тропинки, которая вела, как ему было известно, к каменистому ущелью сбоку от дороги.

Юноша сбросил шаль.

–  Эй!
– крикнул он, размахивая руками над головой.
– Идите сюда!

Металлические руки поднялись в воздух и бесшумно двинулись к нему. Джордан снова набросил шаль и шагнул под развесистые кроны.

–  Они уходят, - заметил Аксель.

Он с Каландрией стоял в небольшой толпе, наблюдая за тем, как громившие замок стальные клешни понемногу убирались прочь. В наступившей внезапно тишине послышались крики и стоны раненых и погребенных под завалами людей. Время от времени с неба по-прежнему падали камни, и взгляды всех были обращены кверху, хотя несколько человек пытались помочь пострадавшим.

Казалось, аэростат действительно удалялся - возможно, уносимый сильным ветром. Аксель принюхался: в воздухе пахло не только гарью, но и озоном. Электростатическая тяга? Все может быть.

–  Как ты думаешь, их спугнул «Глас»? Каландрия покачала головой:

–  Сомневаюсь, мы бы увидели. Чуть погодя я свяжусь с «Гласом» и выясню точно.

Аксель кивнул и огляделся. Это был кошмар наяву.

–  В первую очередь нужно помочь людям выбраться из-под завалов.

–  Я их откопаю, - отозвалась Мэй.
– А ты присядь.

Аксель взглянул вниз, на себя. Все его тело было исполосовано и залито кровью. Раны, хоть и неглубокие, причиняли сильную боль.

–  Да, - сказал он, садясь на камень.
– Я лучше посижу.

Джордан рванул к главной дороге. Он задыхался, обливался потом - однако Крюки до сих пор не поймали его. Местность здесь была открытая, без деревьев, но он вспомнил, как золоченое чудовище в особняке хватало поломанные стулья, когда Джордан просто поднял над собой шаль; чудище не видело жертву, хотя та стояла прямо перед ним. Наверняка Крюки не найдут его даже на открытом пространстве, пока с ним эта шаль.

Он пойдет к лесу. Путь неблизкий, идти придется день или два, но даже под шалью он не будет чувствовать себя в безопасности, пока не укроется между деревьями. А потом, если уцелеет, попробует найти дорогу домой.