— Ты, наверное, до сих пор плохо знаешь моего мужа, — фыркнула Лексна, но в её насмешливом голосе слышались искренние гордость и любовь. — Более упрямого идиота я не видела за все годы службы. Хотела бы я посмотреть на силу, способную заставить его остаться.

— Меня это тоже касается! — воскликнул Хартан. — Я пойду с вами!

— Лежать! — рявкнули Кенира и Лексна одновременно.

Женщины переглянулись между собой и весело засмеялись. Оставив Хартана выполнять предписания доктора, мы вышли из комнаты.

— Ули, тебе, наверное, тоже следует остаться, — тихо сказала Кенира. — Каким-каким, а мирным разговор не будет. Не думай, что я в тебе сомневаюсь. Ты становишься сильнее каждый день, но пока что лишь в начале пути. Или хотя бы давай подождём, пока ты наберёшь сил.

Поток её чувств, идущий через нашу связь, показывал не только любовь и заботу, но и искренний страх.

— Нет, ждать нельзя. Ты сама прекрасно понимаешь, что проблему надо решать немедленно, — мотнул головой я. — Мы пойдём вместе. И не подумай, это не каприз и не старческое упрямство. Моя голова работает лучше, чем когда-либо, есть артефакты и броня. Но это не главное. Я знаю, что ты сможешь меня защитить от любой опасности. А я смогу поддержать тебя.

Она сделала шаг, прижала меня к своей броне и нежно поцеловала.

— Я смертельно боюсь тебя потерять, — сказала она, — Но также счастлива, что ты будешь рядом. С тобой я чувствую себя гораздо уверенней, знаю, что ты всегда придумаешь выход из любой ситуации, сколь бы безнадёжной она ни была.

— Воспользуйтесь реликвиями, — напомнила Незель, задержавшись возле нас. — Мой господин всех проблем не решит, но кое с чем помочь всё же может. И ещё, позаботьтесь о Миру. Она очень сильная и храбрая, но хватка прошлого не отпустила её до сих пор. Знаете, пусть я могла расстаться с жизнью, но даже рада, что это случилось. Ведь теперь она наконец-то сможет оставить Сориниз позади.

Не знаю, что на меня нашло, возможно, всё та же зависть к собственному сыну требовала выхода, толкала к необдуманным поступкам. Я сделал шаг к Незель, привлёк её к себе и поцеловал в губы. Незель сначала застыла от неожиданности, на мгновение отстранилась, заглянула мне в лицо и рассмеялась. Она прильнула к моим губам, и мы слились в глубоком страстном поцелуе. Внезапно я с какой-то ясностью осознал, что все барьеры, которые нас разделяют, существуют лишь в моей голове. Что Незель всегда рядом со мной, и всегда будет. И что сегодня я мог потерять не одного, а сразу двух самых дорогих мне людей.

— Если бы не броня, я бы тоже присоединилась, — послышался голос Кениры. — Пойду что ли поищу пока Таага, а вы вдвоём поторопитесь.

Я поймал её за руку и притянул к себе. Мы постояли некоторое время втроём, купаясь в тепле и заботе друг друга.

— У нас безумные отношения, — наконец, сказал я. — Совершенно ненормальные.

— Нормальность сильно переоценена, — ответила Кенира. — Да и ни один из нас такого слова не знает.

Я рассмеялся. Кенира была права. В нашей тесной компании не было ни одного нормального человека со скучной непримечательной биографией. Вернее, таковым можно было назвать меня, но только до того, как я стал случайной целью очень сложного ритуала.

— О чём думаешь, Ули? — спросила меня Кенира.

— Вспомнил о прошлом. До меня как-то внезапно дошло, что мы можем заниматься ролевыми играми прямо тут в замке.

— Мы ими занимаемся постоянно, — напомнила Кенира.

Не следовало быть гением, чтобы уловить подтекст, но Кенира всё равно начала интенсивно двигать бровями.

— Я говорю о настольных! — закатил глаза я.

— И на столе тоже! Хотя, конечно, на кровати удобней.

Я попытался ей что-то объяснить, но осёкся. Поток эмоций, доносящийся от жены, показывал, что она безумно довольна своей шуткой.

— Ули, — сжалилась Незель. — Ты много раз рассказывал о своём мире и о том, чем там занимался. Но когда ты такой серьёзный, то сложно удержаться, чтобы тебя не дразнить.

Я вновь поцеловал её, а затем жену. Мы вновь обнялись, насколько позволяла мои доспехи и штурмовая броня Кениры, и отправились собираться.

Я надел на руку браслет реликвии, тщательно проследив, чтобы он оказался ниже наруча. Затем быстро прошёл в мастерскую, где взял полоску кожи, сформировал из металла небольшое крепление и присоединил к получившемуся ремню. На фабрикаторе я создал контуры обвязки, а потом пропустил их сквозь кожу на одном из станков. Вставил в крепление свой старый протез, я взял получившееся изделие и натянул на голову. Создав иллюзорную плоскость, я посмотрел на своё отражение. Кожаная повязка сидела на голове плотно и спадать не планировала. Металлические детали неприятно давили на лоб, но устранять недочёты времени не было. Глаз, торчащий прямо из повязки, слишком уж напоминал человеческий, но это выглядело не жутко, а всего лишь чуточку глупо. Я форсировал разум, сформировал из элир перемычку, тянущуюся от протеза к глазному нерву.

Мир расцвёл привычным многообразием красок, и я довольно улыбнулся. Мой бывший протез до сих пор оставался божественной реликвией, которым всегда было наплевать на законы природы. Одновременно глаз оставался сложным артефактом, а тем требовалась магия. И создав простую магическую структуру, я одной мухобойкой убил одновременно сразу двух мух.

Я не знал, что нас ждёт на месте назначения, но пытался быть готовым ко всем неожиданностям.

Вернувшись в гостиную на земном этаже, я застал там всю компанию в сборе. Что самое удивительное, Хартан был тоже здесь. Поймав мой вопросительный взгляд, Лексна ответила: