В зале потрескивала энергия. Она охватила людей, которые повернулись посмотреть на Тристана Кейна. Мужчины выпрямили спины, женщины сделали резкий вдох.

А Лоренцо «Ищейка» Марони утратил уверенность в своей власти. Мужчина, целовавший его пальцы, остановился и стал наблюдать, как Хищник проходит в зал. Марони напрягся. Император ощутил в окружающей обстановке притязания на его трон.

Это казалось невероятным.

Морана не знала, чем вызвана реакция гостей: тем, что Тристан, по слухам, был наследником, или же потому, что считался белой вороной в их мире. Или просто потому, что это был он. Одно можно было сказать наверняка: он вызвал бурную реакцию. И что самое приятное: он ни наслаждался ей, ни избегал ее.

Просто принимал как данность.

Наконец Морана позволила себе взглянуть на него. Проследила, как он прошел с присущей ему уверенностью, облаченный в черный костюм с черной рубашкой без галстука. Все мужчины надели галстук. Морана почувствовала, как легкая улыбка заиграла на ее губах от его вопиющего неповиновения, и задержала взгляд на его шее и груди, видневшейся в расстегнутом вороте рубашки. Черт возьми, он шикарно выглядел в костюме.

Тристан не стал останавливаться возле двери, чтобы сдать оружие, то ли потому, что не взял его с собой, то ли потому, что даже не сомневался, что никто не осмелится его обыскать. Это был совсем не тот мужчина, который вчера оставил Морану одну возле двери в комнату и сбежал оттуда, будто за ним гнались все гончие ада. И даже не тот, который прижал ее к стене и зацеловал так, что распухли губы. Нет, это был мужчина, который пошел за ней в уборную в ресторане врага и трахнул ее, зажав рот рукой. Это был мужчина, который ласкал ее у стены особняка ее отца. Это был мужчина, чьи глаза сулили смерть и оставляли след жизни на ее коже.

И он возбуждал ее: обе его стороны – одинокий мальчик, которого она мельком видела вчера, и устрашающий мужчина, на которого смотрела сейчас.

Сделав еще глоток, чтобы остудить стремительно разгорячившуюся кожу, Морана видела, как он подошел к Марони и сказал что-то, отчего Лоренцо напрягся еще больше. Он распустил всех собравшихся возле него и ответил что-то Тристану. Тот достал телефон и что-то в нем напечатал, кивая Марони.

А потом, словно почувствовав взгляд Мораны, замер.

Окинул взором зал, а потом устремил его прямо на нее, стоявшую в затененном углу.

Морана ожидала, что он рассмотрит ее, позволит себе задержать взгляд, как она привыкла, воспламенит ее кожу, не сводя своих великолепных глаз.

Но он ничего не сделал. Напротив, увидев ее и поняв, что пристальный взгляд, который он ощутил, принадлежал ей, Тристан даже не шелохнулся и вновь сосредоточил внимание на экране телефона.

Какого черта?

Все ее тело напряглось, пока Морана взглядом сверлила в нем дыры. Притяжение сменилось яростью, наполнившей ее кровь. Она оказалась на вечеринке, на которой никого не знала, а он даже не смотрел на нее. Морана не осознавала, как сильно привыкла полагаться на его взгляд. Его глаза были единственным, что он никогда от нее не скрывал. Даже в моменты наивысшей уязвимости, в моменты жестокости, он всегда смотрел на нее.

Неважно, по какой причине он ее избегал, Моране уже было наплевать. Вчера она открылась ему, а потом дала побыть одному. Такое поведение злило ее. Она понимала, что он не отвергал ее, а просто неспешно что-то осмысливал, но это все равно выводило ее из себя вопреки здравому смыслу.

Злясь на него и на саму себя за то, что дала ему такую власть, Морана даже не заметила, как кто-то присоединился к ней, пока не почувствовала рядом тепло чужого тела. Она замерла, напрягшись, а когда повернулась, увидела мужчину, которого заметила из окна. Мужчину, который пришел один, а теперь стоял рядом с ней, глядя в зал.

– Мы снова встретились, мисс Виталио, – произнес возле нее низкий мужской голос.

Морана была готова обернуться и посмотреть на его обладателя, но мужчина предостерег:

– Не оборачивайтесь. Это вопрос жизни и смерти.

– Жизни и смерти? – переспросила Морана, почуяв опасность.

– Вашей, мисс Виталио, – просто ответил он.

Морана покосилась на него краем глаза, но увидела одни только тени.

– Вы тот мужчина из аэропорта.

– Ваш новый лучший друг, Морана, – продолжил он ровным голосом. – Вы должны кое-что знать.

Морана задумалась, крайне заинтригованная, но отнеслась к нему с опаской.

– Прекратите говорить загадками.

– Отлично, – произнес он вполголоса. – Пока ваш парень не посмотрел на вас и не увидел меня, – заметил мужчина с легким изумлением в голосе.

Морана чуть было не обернулась от этих слов:

– Вы знаете Тристана?

– Знать – моя работа.

– Что вы имели в виду, сказав, что вы мой новый лучший друг? – спросила она, перейдя сразу к делу.

– Враг вашего врага, Морана, – тихо ответил он. Тем временем заиграла другая мелодия. – У нас общие интересы.

– Какие же? – поинтересовалась она, не сводя глаз с танцующих парочек.

– Распад Альянса.

Морана замерла. Чувствуя, как бешено колотится сердце, она прошептала в его сторону:

– О чем вы?

Мужчина подстроился под ритмы музыки. Морана не чувствовала, чтобы за ними наблюдали, главным образом потому, что они стояли в углу, скрывшись от остальной части зала, но ее сердце все равно забилось быстрее.

– О том, как хочу выяснить, что произошло в этом городе двадцать лет назад, – спокойно ответил он прямо над ее ухом.